Фокусы языка роберт дилтс читать. Фокусы языка и SCORE


Предисловие

Это книга, написать которую я готовился много лет. Она рассказывает о магии языка, основанной на принципах и определениях нейро-лингвистического программирования (НЛП). Впервые мне довелось столкнуться с НЛП около двадцати пяти лет назад, на занятиях по лингвистике в Калифорнийском университете (Санта-Крус). Эти занятия вел один из создателей НЛП Джон Гриндер. К тому времени они с Ричардом Бэндлером только что закончили первый том своей основополагающей работы «Структура магии». В этой книге им удалось смоделировать языковые паттерны и интуитивные способности трех наиболее успешных психотерапевтов в мире (Фрица Перлза, Вирджинии Сатир и Милтона Эриксона). Этот набор паттернов (известный как «метамодель») позволил мне – третьекурснику-политологу, не имевшему никакого практического опыта в области психотерапии, – задавать такие вопросы, которые мог бы задать опытный психотерапевт.

Масштаб возможностей метамодели и самого процесса моделирования произвел на меня огромное впечатление. Я почувствовал, что моделирование можно широко применять во всех сферах человеческой деятельности, будь то политика, искусство, менеджмент, наука или педагогика (Modeling With NLP, Dilts, 1998). Использование этих приемов, на мой взгляд, могло привести к существенным переменам не только в психотерапии, но и во многих других областях, в которых задействован процесс коммуникации. Поскольку в то время я занимался политической философией, мой первый практический опыт моделирования заключался в попытке применить лингвистические фильтры, использовавшиеся Гриндером и Бэндлером при анализе работы психотерапевтов, в целях выделения определенных паттернов в «Диалогах» Платона.

Исследование оказалось одновременно увлекательным и информативным. Несмотря на это я чувствовал, что дар убеждения Сократа невозможно объяснить с помощью одной лишь метамодели. То же касалось и других явлений, описанных НЛП, таких как предикаты репрезентативной системы (описательные слова, указывающие на конкретную сенсорную модальность: «видеть», «смотреть», «слушать», «звучать», «чувствовать», «касаться» и т. п.). Эти языковые особенности позволяли проникнуть в суть сократовского дара, но не могли охватить полностью все его измерения.

Я продолжал изучать труды и высказывания тех, кому удалось повлиять на ход истории, – Иисуса из Назарета, Карла Маркса, Авраама Линкольна, Альберта Эйнштейна, Махатмы Ганди, Мартина Лютера Кинга и др. Со временем я пришел к выводу, что все они использовали один базовый набор паттернов, с помощью которых оказывали влияние на суждения окружающих. Более того, паттерны, закодированные в их словах, продолжали влиять на историю и определять ее даже спустя годы после смерти этих людей. Паттерны «Фокусов языка» – это попытка расшифровать часть важнейших лингвистических механизмов, которые помогали этим людям убеждать других и оказывать влияние на общественное мнение и системы убеждений.

В 1980 г. в ходе общения с одним из основателей НЛП Ричардом Бэндлером я научился распознавать эти паттерны и выделять их формальную структуру. Во время семинара Бэндлер, мастерски владеющий языком, представил нам нелепую, но паранойяльно твердую систему убеждений и предложил попытаться заставить его изменить эти убеждения (см. главу 9). Несмотря на все усилия, членам группы не удалось достичь никакого результата: система Бэндлера оказалась неприступной, поскольку была построена на том, что я позднее определил как «мысли-вирусы».

Я слушал всевозможные вербальные «фреймы», спонтанно создаваемые Бэндлером, и вдруг обнаружил, что некоторые из этих структур мне знакомы. Несмотря на то что Бэндлер для большей убедительности применял эти паттерны в «негативном» аспекте, я осознал, что именно такие структуры использовали Линкольн, Ганди, Иисус и др., чтобы способствовать позитивным и радикальным социальным изменениям.

По существу, данные паттерны складываются из вербальных категорий и особенностей, с помощью которых наш язык позволяет формировать, изменять или преобразовывать базовые убеждения человека. Паттерны «Фокусов языка» можно охарактеризовать как новые «вербальные фреймы», оказывающие влияние на убеждения и ментальные карты, на основе которых строятся эти убеждения. За два десятилетия, прошедшие со времени их открытия, эти паттерны заслужили право называться одним из наиболее продуктивных методов эффективного убеждения, созданных НЛП, и, вероятно, являются наилучшим средством изменения убеждений в процессе общения.

Впрочем, эти паттерны достаточно сложны для изучения, поскольку включают в себя слова, а слова по сути своей абстрактны. В НЛП принято считать, что слова являются поверхностными структурами, представляющими или выражающими глубинные структуры. Для того чтобы правильно понять и творчески применить какой-либо языковой паттерн, необходимо постичь его «глубинную структуру». В противном случае мы сможем лишь имитировать известные нам примеры. Таким образом, обучаясь «Фокусам языка» и используя их на практике, необходимо различать подлинную магию и банальные уловки. Магия изменения берет начало в том, что стоит за словами.

И по сей день обучение данным паттернам сводится к ознакомлению учеников с определениями и вербальными примерами различных лингвистических структур. Ученики вынуждены интуитивным путем постигать глубинные структуры, необходимые для самостоятельного создания паттернов. Несмотря на то что дети учатся родному языку точно так же, этот метод накладывает ряд ограничений.

Некоторым людям (в особенности если английский язык не является для них родным) паттерны «Фокусов языка» при всей своей эффективности могут показаться слишком сложными или непонятными. Даже практикующие специалисты по НЛП с многолетним опытом не всегда ясно представляют себе, как эти паттерны согласуются с другими понятиями НЛП.

Данные паттерны часто используются в полемике как метод ведения дискуссии или построения доказательства. Это принесло им репутацию потенциально могущественного средства.

Некоторые из этих трудностей просто отражают историческое развитие самих паттернов. Я идентифицировал и формализовал эти паттерны прежде, чем получил возможность полноценно исследовать глубинные структуры убеждений и изменения убеждений, а также их связь с другими уровнями обучения и изменения. С тех пор мне удалось разработать целый ряд техник изменения убеждений, таких как реимп-ринтинг, паттерн превращения ошибки в обратную связь, прием инсталляции убеждения, «метазеркало» и интеграция конфликтных убеждений (Changing Belief Systems with NLP, Dilts, 1990 и Beliefs: Pathways to Health and Well-being, Dilts, Hallbom & Smith, 1990). И лишь в последние годы я достаточно отчетливо стал представлять себе то, как формируются и закрепляются убеждения на когнитивном и нервном уровнях, чтобы исчерпывающе и вместе с тем сжато описать глубинные структуры, лежащие в основе «Фокусов языка».

Цель первого тома книги – представить читателю некоторые из моих находок и открытий, чтобы на их основе можно было использовать паттерны «Фокусов языка». Моей задачей было раскрыть те принципы и глубинные структуры, на которых основаны эти паттерны. В дополнение к определениям и примерам я хочу предложить вам простые структуры, которые позволят использовать на практике каждый из этих паттернов и проиллюстрируют, как они согласуются с другими допущениями, принципами, техниками и понятиями НЛП.

Я также планирую написать второй том под названием «Язык лидерства и социальных изменений». В нем будут рассматриваться случаи практического применения этих паттернов такими людьми, как Сократ, Иисус, Маркс, Линкольн, Ганди и др., которые стремились создать, изменить и преобразовать ключевые убеждения, лежащие в основе современного мира.

«Фокусы языка» – увлекательнейший предмет. Их сила и ценность заключаются в том, что с их помощью можно научиться говорить нужные слова в нужное время – без помощи формальных техник или специальных контекстов (традиционно связываемых с терапией или дискуссиями). Я надеюсь, что вы получите удовольствие от путешествия в мир магии языка и вербальных способов изменения убеждений.

Эта книга с признательностью и уважением посвящается Ричарду Бэндлеру, Джону Гриндеру, Милтону Эриксону и Грегори Бейтсону, которые научили меня магии языка и языку «магии ».

Роберт Дилтс,

Санта-Крус, Калифорния


Нейро-лингвистическое программирование
оперирует понятием «фокусы языка». Это название отнюдь не случайно. В него заложена ассоциативная связь с карточными фокусами, волшебством. Да, основу этого понятия составляет магия, а именно магия слова. Роберт Дилтс в книге «Фокусы языка» раскрывает почти что магические способы превращения вредоносных убеждений в приносящие пользу, меняющие жизнь.

Даже если…

Говоря обобщенно, паттерны фокусов языка представляют собой модели для изменения языковых фреймов, что помогает людям иначе оценить произошедшие события, свои переживания. Фокусы языка дают человеку возможность выявлять фильтры, искажающие понимание действительности, ограничивающие его потенциал. Осознание наличия таких фильтров позволяет впоследствии освободиться от оных.

Используя слова, человек загоняет воспринятый опыт в некую рамку, где часть аспектов выдвигает на первый план, а все остальные отправляет в фон. В системе НЛП эти рамки получили название – фреймы . Их основная функция – распределение внимания, когда человек воспринимает или интерпретирует что-либо. Они отвечают за то, куда оно направится, на чем будет сфокусировано. Именно так фреймы накладывают рамки и ограничения на процесс взаимодействия человека с окружающим миром.

К примеру, человека попросили посетить небольшое помещение и запомнить все синие предметы, находящиеся там. На выходе его спросили, какие предметы коричневого цвета он увидел. Человек пришел в замешательство. Из-за полученного задания на предметы иных цветов он даже не посмотрел. Поскольку в фокусе был только синий цвет, то остальные стали фоном. Здесь отчетливо прослеживается принцип действия фрейма. А именно то, как он задает обще направление, определяющее ход мыслей и действия.

Языковые фреймы влияют на то, как будут интерпретированы выражения, и какую реакцию они вызовут у человека. Интересно, что соединительные слова такие привычные и часто используемые в речи, как «но», «а», «и», «даже если» управляют вниманием человека, устанавливают фреймы . За счет них внимание концентрируется на различных моментах одного и того же утверждения, выдвигая какие-то из них на первый план. Как происходит распределение акцентов наглядно отображено на следующей схеме.

Смещение фокусов внимания с помощью языковых фреймов.

При использовании различных соединительных слов выражение «Я желаю достичь цели, есть проблема» воспринимается по-разному. «Но» – акцентирует внимание на втором событии. Появляется озабоченность наличием проблемы. Желание достичь цели при таком смещении фокуса практически игнорируется. «А» – делает равный акцент на каждое событие. «Даже если» – акцентирует внимание на первом событии, а второе отодвигает на дальний план. Благодаря этому цель удерживается в фокусе, что дает возможность осуществлять действия по ее достижению.

При установлении подобных фреймов смещение смыслового ударения нисколько не зависит от сути самих утверждений. В НЛП такие речевые структуры, независящие от контекста, величают паттернами. Способность выявлять эти паттерны помогает формировать языковые средства, помогающие менять смысл переживаний.

Одно из подобных средств НЛП – переформирование за счет фрейма «даже если». Этот магический прием очень прост. В выражениях, где «но» либо приуменьшает, либо вовсе обесценивает позитивное переживание, его заменяют структурой «даже если». Благодаря этому человек концентрируется на положительных, созидательных моментах, и одновременно с этим сохраняет взвешенную точку зрения. Этот метод очень полезен для тех, кто склонен регулярно пользоваться паттерном «да, но…»

Новые фокусы

Фреймы налагают на восприятие людей рамки, сортирующие информацию на ту, которая окажется в центре внимания, и ту, которая будет лишена его, став фоном. Их использование позволяет задавать вниманию нужное направление. Вследствие этого человеку становятся доступны альтернативные интерпретации событий, ведущие к расширению его возможностей. Наиболее часто используемые в НЛП фреймы представлены на ниже приведенной схеме.

Виды фреймов.

Фрейм «результата» удерживает фокус внимания на цели. Любая информация и деятельность при попадании в фокус оцениваются на предмет полезности для продвижения к заветной цели. Это способствует тому, чтобы человек оставался ориентированным на результат, был сосредоточен на поиске ресурсов для его достижения. Предположительно, человек при этом настроен на благополучное преодоление трудностей и позитивное будущее.

Фрейм «проблемы» концентрирует внимание на нежелательном, игнорируя тем самым то, что желательно. Человек сосредотачивается на негативных моментах, поиске причин и виноватых, упускает из виду мысли о будущем. Пытаясь докопаться до причин случившегося, погружается в пережевывание неприятных событий. Постоянно удерживая фокус на проблемах, человек может сформировать себе привычки думать о плохом, жить прошлым вместо того, чтобы с надеждой смотреть вперед и прокладывать новые счастливые пути. Данному фрейму полезно противопоставлять фрейм «результата». Как это сделать, отражено на соответствующей схеме.

Переключение с одного фрейма на другой.

Процесс установления фрейма «результата» имеет два этапа. Во-первых, осуществляется трансформация контекста понимания из проблемы в цель. Согласно НЛП каждую проблему можно увидеть как вызов либо возможность изменения, роста, освоения чего-то нового. Подобный подход кардинально меняет восприятие проблем и предполагает обязательный благоприятный их исход. Во-вторых, корректируется формулировка цели путем замены слов с негативной смысловой окраской на созидательные.

Утверждение: «Моя проблема: страх потерпеть неудачу», предположительно, имеет скрытой целью желание обрести уверенность в достижении успеха. Аналогичным образом проблемы, выраженные в том, что падает прибыль, ухудшается здоровье или портятся отношения, содержат в себе скрытые пожелания того, чтобы соответственно были рост прибыли, или .

Цели, которые имеют негативную формулировку, не дают положительных результатов. Однако, не редко люди выражают их именно таким способом: «Хочу похудеть», «Хочу » или «Хочу перестать быть неудачником». Подобным образом формулируя цели, человек помещает в фокус своего внимания проблемы. То есть, сам того не осознавая, он делает проблему своей целью.

Для установления фрейма «результата» нужно тщательно просканировать свои желания, ответив на вопросы: Чего желаешь? Какими качествами желаешь обладать? Каким желаешь быть? Кем хочешь стать? Чтобы ты почувствовал, когда бы похудел, бросил курить, перестал быть неудачником?

Понимать причины возникновения проблем важно. Только заниматься их исследованием надо, удерживая фокус внимания на достижении цели. Иначе эти поиски заведут в дебри. Когда информация аккумулируется во взаимосвязи с целью, решения могут отыскаться, даже если проблема останется не совсем изученной.

Другие фреймы применяются аналогично. Фрейм «как если бы» побуждает человека вести себя так, словно желаемое им состояние уже достигнуто. Фрейм «обратной связи» в противоположность фрейму «ошибки» помогает человеку абстрагироваться от ощущения неудачи, иначе интерпретировать проблемную ситуацию, внести коррективы, ведущие к достижению цели.

Роберт Дилтс полагает, что главная функция вербальных структур фокусов языка в том и заключается, чтобы помогать людям в освоении искусства перефокусировки с фреймов «ошибки», «проблемы» и «невозможности» соответственно на фреймы «обратной связи», «результата» и «как если бы». Цель их — способствовать расширению ограничивающих представлений о мире, открытию новых горизонтов потенциальных возможностей.

Магическая сила слова

Структуры фокусов языка одновременно очень просты и наделены удивительными магическими свойствами. Довольно часто благодаря их использованию случаются значительные перемены в восприятии человека и допущений, на которых оно зиждется. Паттерны фокусов языка были разработаны благодаря проведению исследований того, как оказывать влияние на людей с помощью умелого использования языковых паттернов. Роберт Дилтс в вышеупомянутой книге описывает интересные примеры, полученные в процессе этих исследований. Вот три из них:

  1. Женщина , офицер полиции, получив вызов, подъехала к дому, где происходила семейная ссора с элементами насилия. Около нее разбился только что выброшенный из окна этого дома телевизор. Вдребезги. Постучав в дверь, и услышав крик разъяренного владельца: «Кого еще там черти принесли?», спонтанно у нее вырвалось: «Мастер из телеателье!» После недолгой паузы мужчина рассмеялся. Обстановка была разряжена. Можно было переходить к диалогу.
  2. Врач-хирург случайным образом правильно расставил акценты, отвечая на расспросы только что пришедшей в себя прооперированной пациентки: «Плохие новости. Удаленная опухоль оказалась злокачественной». На ее вопрос, что же дальше, он ответил: «Хорошая новость в том, что опухоль удалена тщательнейшим образом. А дальше все зависит от вас». Последняя фраза вдохновила пациентку настолько, что она пересмотрела свои привычки, начала придерживаться здорового образа жизни, встала на путь самосовершенствования.
  3. Мамина фраза: «Для хорошего человечка всегда найдется местечко», вдохновляет дочь, одолеваемую сомнениями, все-таки подать свое заявление на поступление в престижный ВУЗ. К приятному удивлению девушки, ее принимают. Со временем она становится успешным консультантом по бизнесу.

Эти примеры объединяет нечто общее. Случайно брошенная незамысловатая фраза порой оказывается поворотным моментом в жизни человека. За счет внезапного озарения от услышанных слов, у него происходит спонтанное расширение рамок восприятия действительности, ограничивающих его прежде. Вдруг он начинает видеть альтернативы и ресурсы, которые раньше были не доступны для его восприятия. Перед ним открываются новые горизонты. Так подходящие слова в подходящий момент способны привести к значительным созидательным переменам.

К сожалению, слова обладают силой не только наделять человека могуществом, но и вводить его в заблуждение, накладывать ограничения на его возможности. Неподходящие слова, сказанные в неподходящее время, способны оказать серьезный вред человеку, причинить ему боль.

Общения – дело весьма тонкое. Наделенные даром речи люди активно им пользуются. Постоянно находятся в общении, взаимодействии. Так или иначе, они непременно оказывают взаимное влияние друг на друга, будь оно осознанным или неосознанным. Лучше, чтобы оно в любом случае было позитивным и созидательным. Иначе дар перестает быть таковым…

О фокусах языка

Основой «фокусов языка» и подхода к языку, принятого в НЛП, можно считать положение о том, что «карта не территория ». Этот принцип был впервые сформулирован основателем общей семантики Альфредом Коржибски . Коржибски утверждал, что прогресс нашего общества в немалой степени предопределен наличием у человека гибкой нервной системы , способной создавать и использовать символические репрезентации, или карты. Язык следует считать разновидностью карты или модели мира, которая позволяет суммировать или обобщать наш опыт и передавать его другим, тем самым спасая их от необходимости совершать те же ошибки или заново придумывать то, что уже изобретено. По мнению Коржибски, именно эта способность к языковым обобщениям объясняет прогресс человека по сравнению с животными, однако ошибки в понимании и употреблении подобных механизмов являются причиной множества проблем. Человека необходимо учить правильно пользоваться языком, и за счет этого можно предотвратить ненужные конфликты и недоразумения, порождаемые путаницей между картой и территорией. Коржибски считал, что важно учить людей тому, как осознавать и расширять свои языковые возможности, чтобы достигать большего успеха в общении и по достоинству оценивать уникальность повседневных переживаний.

Убеждения

В общем, фокусы языка используются для изменения ограничивающих убеждений человека относительно какого-либо вопроса или аспекта реальности путём предоставления альтернативных путей для интерпретации этого аспекта. Существует два классических базовых паттерна в фокусах языка:

Комплексная эквивалентность

X означает Y: «Материться значит быть плохим человеком».

Причинно-следственная связь

X приводит к Y: «Ты опоздал, [поэтому] ты меня не любишь».

Паттерны фокусов языка

  1. Намерение : переключение внимания на задачу или намерение, скрытые за убеждением.
  2. Переопределение : замена одного из слов, используемых в формулировке убеждения, новым словом с другим подтекстом (например, эвфемизмом).
  3. Последствия : внимание направляется на последствия данного убеждения, позволяющие изменить или укрепить убеждение.
  4. «Разделение» (англ. chunk down ): изменение или укрепление обобщения, определяемого убеждением, с помощью дробления элементов убеждения на меньшие части.
  5. «Обобщение» (англ. chunk up ): обобщение части убеждения до более высокого уровня, позволяющего изменить или укрепить взаимосвязи, определяемые данным убеждением.
  6. Аналогия : поиск взаимосвязи, которая была бы аналогична определяемой данным убеждением и ставила бы под сомнение (или укрепляла) соответствующее обобщение, применение метафоры.
  7. Изменение размера фрейма : переоценка (или усиление) подтекста убеждения в контексте более длительного (или краткого) временного фрейма, с точки зрения большего числа людей (или отдельного человека), в более широком или узком ракурсе.
  8. Другой результат : переключение на отличную от заявленной в убеждении цель, чтобы поколебать или закрепить основания убеждения.
  9. Модель мира : переоценка (или укрепление) убеждения с позиции другой модели мира.
  10. Стратегия реальности : переоценка (или укрепление) убеждения, основанная на том факте, что убеждения создаются с помощью когнитивного процесса восприятия мира.
  11. Противоположный пример : поиск исключения из правила, стоящего за убеждением.
  12. Иерархия критериев : переоценка (или укрепление) убеждения согласно критерию, превосходящему по значимости любой из тех, на которые опирается данное убеждение.
  13. Применение к себе : оценка самой формулировки убеждения согласно взаимосвязи или критериям, определяемым этим убеждением.
  14. Метафрейм : оценка убеждения из фрейма непрерывного, личностно-ориентированного контекста - создание убеждения относительно убеждения.

Примеры

Ты опоздал, что значит, ты меня не любишь.

  1. Намерение : Я рад, что ты неравнодушна к нашим отношениям.
  2. Переопределение : Я не опоздал, такси вовремя не приехало.
  3. Последствия : Если бы я не опоздал, кто знает, может, мы бы не поняли, сколько значат для нас наши отношения.
  4. «Разделение» : Неужели небольшая задержка определяет всю нашу любовь?
  5. «Обобщение» : Неужели любое-любое опоздание сразу перечёркивает то, как сильно я тебя люблю?
  6. Аналогия : Это как если бы я сказал тебе, что ты меня не любишь, так как не всегда мне готовишь.
  7. Изменение размера фрейма : Завтра утром ты вряд ли будешь так думать об этом.
  8. Другой результат : Я так спешил, что меня могла бы сбить машина.
  9. Модель мира : Возможно, дело не столько в моём опоздании, сколько в том, что ты хотела бы улучшить наши отношения.
  10. Стратегия реальности : Как ты пришла к этому выводу? Тебя тоже в этом когда-то обвиняли?
  11. Противоположный пример : А если бы я опоздал из-за того, что остановился купить тебе цветы?
  12. Иерархия критериев : Несмотря на все сложности, я пришёл, ведь наши отношения для меня так же важны.
  13. Применение к себе : Из твоих уст это прозвучало, как если бы ты меня разлюбила.
  14. Метафрейм : Ты веришь в это потому, что боишься за наши прекрасные отношения. Я тебя понимаю.

Примечания

Библиография

  • Дилтс Р. Фокусы языка. Изменение убеждений с помощью НЛП. - СПб.: Питер, 2002. ISBN 5-272-00155-9.
  • Hall, L. Michael & Bobby G. Bodenhamer, Joseph O’Connor. Mind-lines: Lines For Changing Minds. - Neuro-Semantic Publications; 5th edition, 2002. ISBN 1-890001-15-5.

См. также

  • Роберт Дилтс

Ссылки

  • Sleight of Mouth: Using Language to Make Changes (англ.)
  • Michael Hall, «When Bandler Played the Paranoid Blame Game» (англ.)
  • Andrew Austin, «Sleight Of Mouth Patterns and Communication Patterns in Psychiatric Settings» (англ.)

Wikimedia Foundation . 2010 .

Смотреть что такое "Фокусы языка" в других словарях:

    Каприз, фантазия, прихоть, привереды, вычуры, дурь, штуки, блажь, выкрутасы, штука, причуда Словарь русских синонимов. фокусы см. каприз Словарь синонимов русского языка. Практический справочник. М.: Русский язык. З. Е. Александрова … Словарь синонимов

    Одна из статей на тему Нейролингвистическое программирование (НЛП) Основные статьи НЛП · Принципы · НЛП психотерапия · История Новый код · НЛП и наука · Библиография · Словарь Принципы и методы Моделирование · Метамодель · Милтон модель Позиции… … Википедия

    Нейролингвистическое программирование (НЛП) (англ. Neuro linguistic programming) (также встречается вариант «нейро лингвистическое программирование») комплекс моделей, техник и операционных принципов (контекстуально зависимых убеждений),… … Википедия

    Нейролингвистическое программирование (НЛП) (англ. Neuro linguistic programming) (также встречается вариант «нейро лингвистическое программирование») комплекс моделей, техник и операционных принципов (контекстуально зависимых убеждений),… … Википедия

    Нейролингвистическое программирование (НЛП) (англ. Neuro linguistic programming) (также встречается вариант «нейро лингвистическое программирование») комплекс моделей, техник и операционных принципов (контекстуально зависимых убеждений),… … Википедия

    В НЛП обращение мета модели, использующее специальные обобщённые и многозначные обороты речи для присоединения к опыту другого человека и получения доступа к неосознаваемым ресурсам. Цель: наведение Транса. Отличительная черта: обобщённые и… … Википедия

За последние два десятка лет. Издание содержит систематическое описание основных речевых паттернов, применяющихся для создания у человека новых убеждений и изменения уже существующих, с примерами из реальной практики и различными упражнениями для усвоения изученного материала.

Книга предназначена для специалистов по НЛП и краткосрочной психотерапии, психологов, врачей, педагогов, культурологов, топ-менеджеров, но будет также полезна всем интересующимся.

Предисловие

Это книга, написать которую я готовился много лет. Она рассказывает о магии языка, основанной на принципах и определениях нейро-лингвистического программирования (НЛП). Впервые мне довелось столкнуться с НЛП около двадцати пяти лет назад, на занятиях по лингвистике в Калифорнийском университете (Санта-Крус). Эти занятия вел один из создателей НЛП Джон Гриндер. К тому времени они с Ричардом Бэндлером только что закончили первый том своей основополагающей работы «Структура магии» (The Structure of Magic, 1975). В этой книге им удалось смоделировать языковые паттерны и интуитивные способности трех наиболее успешных психотерапевтов в мире (Фрица Перлза, Вирджинии Сатир и Милтона Эриксона). Этот набор паттернов (известный как «метамодель») позволил мне — третьекурснику-политологу, не имевшему никакого практического опыта в области психотерапии — задавать такие вопросы, которые мог бы задать опытный психотерапевт.

Масштаб возможностей метамодели и самого процесса моделирования произвел на меня огромное впечатление. Я почувствовал, что моделирование можно широко применять во всех сферах человеческой деятельности, будь то политика, искусство, менеджмент, наука или педагогика (Modeling With NLP, Dilts, 1998 "). Использование этих приемов, на мой взгляд, могло привести к существенным переменам не только в психотерапии, но и во многих других областях, в которых задействован процесс коммуникации. Поскольку в то время я занимался политической философией, мой первый практический опыт моделирования заключался в попытке применить лингвистические фильтры, использовавшиеся Гриндером и Бэндлером при анализе работы психотерапевтов, в целях выделения определенных паттернов в «Диалогах» Платона (Plato"s Use of the Dialectic in The Republic: A Linguistic Analysis, 1975; in Applications of NLP, Dilts, 1983).

Исследование оказалось одновременно увлекательным и информативным. Несмотря на это, я чувствовал, что дар убеждения Сократа невозможно объяснить с помощью одной лишь метамодели. То же касалось и других явлений, описанных НЛП, таких как предикаты репрезентативной системы (описательные слова, указывающие на конкретную сенсорную модальность: «видеть», «смотреть», «слушать», «звучать», «чувствовать», «касаться» и т. п.). Эти языковые особенности позволяли проникнуть в суть сократовского дара, но не могли охватить полностью все его измерения.

Я продолжал изучать труды и высказывания тех, кому удалось повлиять на ход истории, — Иисуса из Назарета, Карла Маркса, Авраама Линкольна, Альберта Эйнштейна, Махатмы Ганди, Мартина Лютера Кинга и др. Со временем я пришел к выводу, что все они использовали один базовый набор паттернов, с помощью которых оказывали влияние на суждения окружающих. Более того, паттерны, закодированные в их словах, продолжали влиять на историю и определять ее даже спустя годы после смерти этих людей. Паттерны «Фокусов языка» — это попытка расшифровать часть важнейших лингвистических механизмов, которые помогали этим людям убеждать других и оказывать влияние на общественное мнение и системы убеждений.

В 1980 г. в ходе общения с одним из основателей НЛП Ричардом Бэндлером я научился распознавать эти паттерны и выделять их формальную структуру. Во время семинара Бэндлер, мастерски владеющий языком, представил нам нелепую, но паранойяльно твердую систему убеждений и предложил попытаться заставить его изменить эти убеждения (см.: глава 9). Несмотря на все усилия, членам группы не удалось достичь никакого результата: система Бэндлера оказалась неприступной, поскольку была построена на том, что я позднее определил как «мысли-вирусы».

Я слушал всевозможные вербальные «фреймы», спонтанно создаваемые Бэндлером, и вдруг обнаружил, что некоторые из этих структур мне знакомы. Несмотря на то, что Бэндлер для большей убедительности применял эти паттерны в «негативном» аспекте, я осознал, что именно такие структуры использовали Линкольн, Ганди, Иисус и др., чтобы способствовать позитивным и радикальным социальным изменениям.

По существу, данные паттерны складываются из вербальных категорий и особенностей, с помощью которых наш язык позволяет формировать, изменять или преобразовывать базовые убеждения человека. Паттерны «Фокусов языка» можно охарактеризовать как новые «вербальные фреймы», оказывающие влияние на убеждения и ментальные карты, на основе которых строятся эти убеждения. За два десятилетия, прошедшие со времени их открытия, эти паттерны заслужили право называться одним из наиболее продуктивных методов эффективного убеждения, созданных НЛП, и, вероятно, являются наилучшим средством изменения убеждений в процессе общения.

Впрочем, эти паттерны достаточно сложны для изучения, поскольку включают в себя слова, а слова по сути своей абстрактны. В НЛП принято считать, что слова являются поверхностными структурами, представляющими или выражающими глубинные структуры. Для того чтобы правильно понять и творчески применить какой-либо языковой паттерн, необходимо постичь его «глубинную структуру». В противном случае мы сможем лишь имитировать известные нам примеры. Таким образом, обучаясь «Фокусам языка» и используя их на практике, необходимо различать подлинную магию и банальные уловки. Магия изменения берет начало в том, что стоит за словами.

И по сей день обучение данным паттернам сводится к ознакомлению учеников с определениями и вербальными примерами различных лингвистических структур. Ученики вынуждены интуитивным путем постигать глубинные структуры, необходимые для самостоятельного создания паттернов. Несмотря на то, что дети учатся родному языку точно так же, этот метод накладывает ряд ограничений.

Некоторым людям (в особенности, если английский язык не является для них родным) паттерны «Фокусов языка», при всей своей эффективности, могут показаться слишком сложными или непонятными. Даже практикующие специалисты по НЛП с многолетним опытом не всегда ясно представляют себе, как эти паттерны согласуются с другими понятиями НЛП.

Данные паттерны часто используются в полемике как метод ведения дискуссии или построения доказательства. Это принесло им репутацию потенциально могущественного средства.

Некоторые из этих трудностей просто отражают историческое развитие самих паттернов. Я идентифицировал и формализовал эти паттерны прежде, чем получил возможность полноценно исследовать глубинные структуры убеждений и изменения убеждений, а также их связь с другими уровнями обучения и изменения. С тех пор мне удалось разработать целый ряд техник изменения убеждений, таких как реимпринтинг, паттерн превращения ошибки в обратную связь, прием инсталляции убеждения, «метазеркало» и интеграция конфликтных убеждений {Changing Belief Systems with NLP 7 Dilts, 1990 l и Beliefs: Pathways to Health and Well-being, Dilts, Hall-bom & Smith, 1990). И лишь в последние годы я достаточно отчетливо стал представлять себе то, как формируются и закрепляются убеждения на когнитивном и нервном уровнях, чтобы исчерпывающе и вместе с тем сжато описать глубинные структуры, лежащие в основе «Фокусов языка».

Цель первого тома книги — представить читателю некоторые из моих находок и открытий, чтобы на их основе можно было использовать паттерны «Фокусов языка». Моей задачей было раскрыть те принципы и глубинные структуры, на которых основаны эти паттерны. В дополнение к определениям и примерам я хочу предложить вам простые структуры, которые позволят использовать на практике каждый из этих паттернов и проиллюстрируют, как они согласуются с другими допущениями, принципами, техниками и понятиями НЛП.

Я также планирую написать второй том под названием «Язык лидерства и социальных изменений» (The Language of Leadership and Social Change). В нем будут рассматриваться случаи практического применения этих паттернов такими людьми, как Сократ, Иисус, Маркс, Линкольн, Ганди и др., которые стремились создать, изменить и преобразовать ключевые убеждения, лежащие в основе современного мира.

«Фокусы языка» — увлекательнейший предмет. Их сила и ценность заключаются в том, что с их помощью можно научиться говорить нужные слова в нужное время — без помощи формальных техник или специальных контекстов (традиционно связываемых с терапией или дискуссиями). Я надеюсь, что вы получите удовольствие от путешествия в мир магии языка и вербальных способов изменения убеждений.

Роберт Дилтс,

Санта-Крус, Калифорния

ЯЗЫК И ОПЫТ

Магия языка

В основе «Фокусов языка» лежит магическая сила слова. Язык является одним из ключевых компонентов, из которых мы строим наши внутренние модели мира. Он способен оказывать огромное влияние на то, как мы воспринимаем реальность и реагируем на нее. Дар речи — уникальное достояние человека. Принято считать, что это один из основных факторов, способствовавших выделению людей из других живых существ. Выдающийся психиатр Зигмунд Фрейд, например, полагал, что слова являются базовым инструментом человеческого сознания и, будучи таковыми, наделены особой силой. Он писал:

Слова и магия изначально были едины, и даже в наши дни большая часть магической силы слов не утрачена. С помощью слов человек может подарить другому величайшее счастье или ввергнуть его в отчаяние; с помощью слов учитель передает ученику свои знания; с помощью слов оратор увлекает за собой аудиторию и предопределяет ее суждения и решения. Слова вызывают эмоции и в целом являются средством, с помощью которого мы оказываем влияние на наших ближних.

Паттерны «Фокусов языка» были созданы в результате исследования того, каким образом умелое использование языка позволяет нам оказывать влияние на других людей. Приведем несколько примеров:

Женщина-полицейский получает срочный вызов в один из домов своего участка по поводу семейной ссоры с элементами насилия. Она встревожена, поскольку знает, что именно в таких ситуациях ее здоровье подвергается наибольшей опасности — никому, тем более людям, склонным к насилию и вспышкам гнева, не нравится, когда полиция вмешивается в их семейные дела. Подъезжая к дому, офицер полиции слышит громкий крик мужчины, характерные звуки ломающихся предметов, испуганные вопли женщины. Неожиданно из окна вылетает телевизор и разбивается вдребезги прямо у ног полицейского. Та подбегает к двери и со всей силы колотит в нее. Изнутри доносится голос разъяренного мужчины: «Кого там еще черт принес?» Взгляд женщины падает на останки разбитого телевизора, и она выпаливает: «Мастер из телеателье». На мгновение в доме наступает мертвая тишина, а затем мужчина начинает смеяться. Он открывает дверь, и теперь уже полицейский может смело войти в дом, не опасаясь никакого насилия. Впоследствии она говорит, что эти несколько слов помогли ей не меньше, чем месяцы тренировок по рукопашному бою.

В психиатрическую клинику попадает молодой человек, пребывающий в уверенности, что он — Иисус Христос. Целыми днями он слоняется по палате без дела и читает проповеди другим пациентам, не обращающим на него никакого внимания. Врачи и обслуживающий персонал не способны убедить юношу отказаться от своей иллюзии. Однажды в клинику приходит новый психиатр. Понаблюдав за пациентом, он решает заговорить с ним. «Насколько я понимаю, у вас есть опыт в плотницком деле?» — говорит врач. «Ну… в общем-то, да… » — отвечает пациент. Психиатр объясняет ему, что в клинике строится новая комната отдыха, и для этого нужен человек, имеющий навыки плотника. «Мы были бы очень признательны вам за помощь, — говорит врач, — разумеется, если вы принадлежите к тому типу людей, которым нравится помогать другим». Не сумев отказаться, пациент принимает предложение. Участие в проекте помогает ему подружиться с другими пациентами и рабочими и научиться строить нормальные отношения с людьми. Со временем юноша покидает клинику и устраивается на постоянную работу.

Женщина приходит в сознание в послеоперационной палате больницы. Ее навещает хирург. Все еще слабая после наркоза, женщина с тревогой спрашивает о том, как прошла операция. Хирург отвечает: «Боюсь, что у меня для вас плохие новости. Опухоль, которую мы удалили, была злокачественной». Женщина, худшие опасения которой подтвердились, спрашивает: «И что теперь?», на что врач отвечает: «Ну, есть и хорошие новости: мы удалили опухоль настолько тщательно, насколько это возможно… А остальное зависит от вас». Вдохновленная словами «остальное зависит от вас», женщина всерьез задумывается над своим образом жизни и возможными альтернативами, меняет диету, начинает регулярно заниматься спортом. Осознав, насколько неблагополучной и напряженной была ее жизнь в годы перед операцией, она встает на путь личностного развития, определяя для себя убеждения, ценности и смысл жизни. Дела идут на поправку, и спустя несколько лет женщина чувствует себя счастливой, свободной от рака и здоровой как никогда.

Молодой человек ведет машину по скользкой зимней трассе. Он возвращается с вечеринки, на которой выпил несколько бокалов вина. За одним из поворотов перед ним неожиданно возникает человек, переходящий дорогу. Водитель жмет на тормоза, однако машину заносит и пешеход попадает под колеса. Долгое время после происшествия молодой человек не может прийти в себя, парализованный собственными переживаниями. Он знает, что лишил жизни человека и нанес непоправимый ущерб его семье. Он понимает, что несчастный случай произошел по его вине: если бы он столько не выпил, то увидел бы пешехода раньше и мог отреагировать быстрее и адекватнее. Все глубже и глубже погружаясь в депрессию, молодой человек решает покончить жизнь самоубийством. В это время к нему в гости приходит его дядя. Видя отчаяние племянника, дядя некоторое время сидит рядом с ним молча, а затем, положив ему руки на плечи, говорит простые и правдивые слова: «Где бы мы ни были, мы все ходим по краешку пропасти». И молодой человек чувствует, что в его жизни появился какой-то просвет. Он полностью меняет свой образ жизни, начинает изучать психологию и становится терапевтом-консультантом, чтобы работать с несчастными жертвами пьяных водителей, алкоголиками и людьми, арестованными за вождение в нетрезвом состоянии. Многим клиентам он дарит возможность излечиться и наладить свою жизнь.

Девушка собирается поступать в колледж. Из всех возможных вариантов она предпочла бы подать документы в бизнес-школу одного из самых престижных университетов в округе. Однако конкурс ей кажется настолько большим, что у нее нет никаких шансов быть принятой. Стремясь «реально смотреть на вещи» и избежать разочарования, она собирается подать документы в одну из школ «попроще». Заполняя анкету для поступления, девушка объясняет свой выбор матери: «Я уверена, что университет будет просто завален заявлениями». На это мать отвечает: «Для хорошего человека всегда найдется место». Незамысловатая истина этих слов вдохновляет девушку на то, чтобы подать заявление в престижный университет. К своему изумлению и восторгу, она оказывается принятой и со временем становится чрезвычайно успешным бизнес-консультантом.

Мальчик пытается научиться играть в бейсбол. Он мечтает оказаться в одной команде со своими друзьями, однако не умеет ни бросать, ни ловить, и вообще боится мяча. Чем больше он тренируется, тем сильнее падает духом. Он сообщает тренеру о том, что намеревается бросить спорт, потому что оказался «плохим игроком». Тренер отвечает: «Плохих игроков не бывает, просто есть те, кто не уверен в своих способностях». Он становится напротив мальчика и вручает ему мяч с тем, чтобы тот передал мяч обратно. Затем тренер отходит на один шаг и легонько бросает мяч в перчатку игрока, заставляя вернуть пас. Шаг за шагом тренер отходит все дальше, пока мальчик не обнаруживает, что с легкостью бросает и принимает мяч на большом расстоянии. С чувством уверенности в себе мальчик возвращается к тренировкам и со временем становится игроком, ценным для своей команды.

Все эти примеры объединяет одно: всего несколько слов меняют жизнь человека к лучшему за счет того, что в его ограниченных убеждениях происходит сдвиг в сторону перспективы с большим количеством альтернатив. На этих примерах мы видим, как нужные слова, сказанные в нужный момент, могут дать значительные позитивные результаты.

К сожалению, слова не только наделяют нас могуществом, но также вводят в заблуждение и ограничивают наши возможности. Неверные слова, сказанные не вовремя, могут принести немалый вред и причинить боль.

Эта книга рассказывает о пользе и вреде слов, о том, как определить эффект, который вызовут ваши слова, а также о языковых паттернах, позволяющих превращать вредные утверждения в полезные. Термин «фокусы языка» (sleight of mouth) отражает сходство этих паттернов с карточными фокусами. Само слово sleight происходит от древнескандинавского слова, означающего «умелый», «хитрый», «искусный» или «проворный». Выражение sleight of hand в английском языке обозначает разновидность карточных фокусов, которую можно охарактеризовать фразой: «вот ваша карта, а вот ее уже нет». Например, вы покрываете колоду тузом пик, но когда фокусник берет эту карту, туз пик «превращается* в королеву червей. Вербальные паттерны «Фокусов языка» обладают сходными «магическими» свойствами, поскольку нередко влекут за собой существенные изменения восприятия и тех допущений, на которых это восприятие основано.

Язык и нейро-лингвистическое программирование

Это исследование основано на паттернах и понятиях, рассматриваемых в нейро-лингвистическом программировании (НЛП). НЛП занимается проблемой влияния, которое оказывает язык на программирование психических процессов и других функций нервной системы, а также изучает, каким образом психические процессы и нервная система формируют наш язык и языковые шаблоны и находят в них отражение.

Сутью нейро-лингвистического программирования является то, что функционирование нервной системы («нейро-») тесно связано с языковыми способностями («лингвистическое»). Стратегий («программы»), с помощью которых мы организуем и направляем наше поведение, складываются из нервных и языковых паттернов. В своей первой книге «Структура магии» (1975) основатели НЛП Ричард Бэндлер и Джон Гриндер попытались дать определение некоторым принципам, на которых основывается упомянутая Фрейдом «магия» языка:

Все достоинства людей, как позитивные, так и негативные, подразумевают использование языка. Будучи людьми, мы используем язык двумя способами. Во-первых, с его помощью мы отражаем свой опыт, — этот вид деятельности мы называем рассуждением, мышлением, фантазированием, пересказом. Когда мы используем язык в качестве репрезентативной системы, мы создаем модель нашего опыта. Эта модель мира, созданная с помощью репрезентативной функции языка, основана на нашем восприятии мира. Наши впечатления также частично определяются нашей моделью репрезентации… Во-вторых, мы используем язык для того, чтобы передавать нашу модель, или репрезентацию, мира друг другу. Мы называем это беседой, обсуждением, написанием чего-либо, чтением лекции, пением.

По Бэндлеру и Гриндеру, язык служит средством репрезентации, или создания моделей, нашего опыта, равно как и средством их передачи. Как известно, древние греки пользовались разными словами для обозначения этих двух функций языка. Термин «рема» обозначал слова, используемые как средство общения, а термин «логос» — слова, связанные с мышлением и пониманием. Понятие «рема»относилось к высказыванию, или «словам как предметам», а понятие «логос» — к словам, связанным с «проявлением разума». Древнегреческий философ Аристотель так описывал соотношение между словами и психическим опытом:

Сказанные слова обозначают умственный опыт, слова же написанные обозначают сказанные слова. Как различается почерк разных людей, так различаются и звуки их речи. Однако умственный опыт, который обозначают слова, является одним и тем же для всех, равно как и те предметы, из образов которых он состоит.

Утверждение Аристотеля о том, что слова «обозначают» наш «умственный опыт», созвучно положению НЛП о том, что написанные и сказанные слова являются «поверхностными структурами», которые, в свою очередь, представляют собой преобразованные психические и лингвистические «глубинные структуры». Как следствие, слова могут одновременно отражать и формировать психический опыт. Это свойство делает их мощным орудием мысли и других сознательных или бессознательных психических процессов. Проникая до уровня глубинных структур с помощью специфических слов, используемых индивидом, мы можем определять на те скрытые психические процессы, которые находят свое отражение в языковых паттернах этого человека, и влиять на них.

С этой точки зрения, язык является не просто «эпифеноменом» или набором произвольных знаков, посредством которых мы сообщаем другим свой психический опыт; это важнейшая составляющая нашего психического опыта. Как указывают Бэндлер и Гриндер:

Нервная система, ответственная за создание репрезентативной системы языка, есть та же самая нервная система, посредством которой люди создают и все другие модели мира — зрительные, кинестетические т.д. В этих системах действуют те же структурные принципы.

Таким образом, язык может дублировать и даже заменять собой наш опыт и нашу деятельность в других внутренних репрезентативных системах. Важно понять, что «беседа» не просто отражает наши представления о чем-либо, но действительно способна создавать новые убеждения или изменять прежние, А значит, язык играет потенциально глубокую и специфическую роль в процессах изменения жизни и исцеления.

Например, в философии древних греков понятие «логос» заключало в себе управляющий и объединяющий принцип вселенной. Гераклит (540-480 гг. до н. э.) определял «логос» как «универсальный принцип, с помощью которого все вещи связаны друг с другом и происходят все события в природе». Стоики называли «логосом» управляющий или созидающий космический принцип, присущий любой реальности и пронизывающий ее. По мнению иудейско-эллинистического философа Филона (современника Иисуса Христа), «логос» есть посредник между абсолютной реальностью и чувственным миром.

Карта и территория

Краеугольным камнем «Фокусов языка» и подхода к языку, принятого в НЛП, является положение о том, что «карта не тождественна территории». Этот принцип был впервые сформулирован основателем общей семантики Альфредом Кожибски (1879-1950). Он отражает фундаментальные различия между нашими «картами мира» и самим миром. Философия языка Кожибски оказала сильнейшее влияние на развитие НЛП. Труды Кожибски в области семантики вместе с синтаксической теорией трансформационной грамматики Наума Хомского образуют ядро «лингвистического» аспекта нейро-лингвистического программирования.

В своем главном труде Science and Sanity (1933) Кожибски высказывает мнение о том, что прогресс нашего общества в немалой степени предопределен наличием у человека гибкой нервной системы, способной создавать и использовать символические репрезентации, или карты. Язык, к примеру, тоже является разновидностью карты или модели мира, которая позволяет суммировать или обобщать наш опыт и передавать его другим, тем самым спасая их от необходимости совершать те же ошибки или заново придумывать то, что уже изобретено. По утверждению Кожибски, именно эта способность к языковым обобщениям объясняет прогресс человека по сравнению с животными, однако ошибки в понимании и употреблении подобных механизмов являются причиной множества проблем. Ученый предполагал, что человека необходимо учить правильно пользоваться языком, и за счет этого можно предотвратить ненужные конфликты и недоразумения, порождаемые путаницей между картой и территорией.

В частности, «закон индивидуальности» Кожибски гласит, что «не существует двух полностью идентичных людей, или ситуаций, или этапов какого-либо процесса». Кожибски отметил, что сумма нашего уникального опыта намного превосходит запас слов и понятий, и это приводит к попыткам отождествить или «перепутать» две и более ситуации (то, что в НЛП получило название «обобщения» или «двусмысленности»). Слово «кот», к примеру, употребляется по отношению к миллионам различных особей этого вида, к одному и тому же животному в разные периоды его жизни, к нашим мысленным образам, иллюстрациям и фотографиям, метафорически — по отношению к человеку («еще тот кот»), и даже к сочетанию букв к-о-т. Таким образом, когда кто-либо произносит слово «кот», далеко не всегда очевидно, имеет ли в виду говорящий четвероногое животное, трехбуквенное слово или двуногого человекообразного.

По мнению Кожибски, чрезвычайно важно учить людей тому, как осознавать и расширять свои языковые возможности, чтобы достигать большего успеха в общении и по достоинству оценивать уникальность повседневных переживаний. Он стремился к созданию инструментов, которые помогали бы людям оценивать свой опыт, ориентируясь не на традиционные значения слов, но скорее на уникальные факты, присущие каждой конкретной ситуации. Кожибски был сторонником того, чтобы люди не торопились с непосредственными реакциями и обращали внимание на уникальные свойства каждой ситуации и ее альтернативные интерпретации.

Идеи и методы Кожибски являются одним из «китов», на которых основывается НЛП. В 1941 г. Кожибски впервые назвал «нейролингвистику» важной областью научного поиска, связанной с общей семантикой.

В НЛП принято считать, что у каждого из нас есть собственная картина мира, основанная на внутренних «картах мира», которые формируются с помощью языка и сенсорных репрезентативных систем как результат нашего повседневного опыта. Именно эти «нейролингвистические» карты в большей степени, чем сама действительность, определяют то, как мы интерпретируем и реагируем на окружающий мир, какой смысл придаем нашему поведению и опыту. Как говорил шекспировский Гамлет, «Нет ничего ни хорошего, ни плохого; это размышление делает все таковым» .

В книге «Структура магии» (том I) Бэндлер и Гриндер указывают на то, что различия между людьми, эффективно и неэффективно реагирующими на окружающий мир, являются в значительной степени функцией их внутренней модели мира:

Люди, которые реагируют творчески и эффективно справляются со своими трудностями… — это те, кто обладает полной репрезентацией, или моделью собственной ситуации, в рамках которой в момент принятия решения они видят широкий спектр возможностей. Другие же воспринимают самих себя как обладающих лишь немногими возможностями, ни одна из которых не является для них привлекательной… Мы обнаружили, что окружающий их мир не является ограниченным или лишенным альтернатив. Но эти люди закрывают глаза на существующие возможности, которые кажутся недоступными в их моделях мира.

Обнаруженное Кожибски различие между картой и территорией подразумевает, что наши поступки определяются скорее внутренними моделями реальности, чем самой реальностью. Следовательно, необходимо постоянно расширять наши «карты мира». По словам великого ученого Альберта Эйнштейна, «наше мышление создает такие проблемы, которые невозможно решить с помощью мышления того же типа».

В НЛП утверждается, что если ты способен обогатить или расширить свою карту, в той же самой реальности ты увидишь больше альтернатив. В конечном итоге ты станешь более мудрым и удачливым во всем, что бы ты ни делал. Первичной целью НЛП является создание инструментов (таких как паттерны «Фокусов языка»), которые помогали бы людям расширять, обогащать и дополнять свои внутренние карты действительности. В НЛП считается, что чем богаче твоя «карта мира», тем больше возможностей тебе откроется при решении любой задачи, возникающей в реальности.

С точки зрения НЛП, не существует единственной «верной», или «правильной», «карты мира». Каждый из нас обладает собственной уникальной картой, или моделью, мира, и ни одна карта не отражает реальность «вернее», или «правильнее», другой. Скорее, дело в том, что те из нас, кто успешнее справляется со своими проблемами, обладают такой «картой мира», которая позволяет им видеть величайшее множество перспектив и возможностей выбора. Такие люди богаче и шире воспринимают мир, организуют его и реагируют на него.

Опыт

Наши «карты мира» могут быть противопоставлены сенсорному опыту, т. е. процессу ощущения, переживания и восприятия мира вокруг нас, а также нашим внутренним реакциям на этот мир. Наш «опыт» созерцания заката солнца, спора с кем-либо или проведенного отпуска относится к личному восприятию и участию в этом событии. В НЛП принято полагать, что опыт складывается из информации, поступающей из внешнего окружения и воспринимаемой с помощью органов чувств, а также ассоциативных воспоминаний, фантазий, ощущений и эмоций, которые возникают внутри нас.

Термин «опыт» также используется в отношении аккумулированного знания в нашей жизни. Информация, прошедшая через органы чувств, постоянно кодируется, или «пакуется», с помощью уже имеющегося знания. Таким образом, наш опыт является сырьем, из которого мы создаем собственные карты, или модели, мира.

Сенсорный опыт — это информация, воспринятая через органы чувств (глаза, уши, кожу, нос и язык), а также знание о внешнем мире, которое порождается этой информацией. Органы чувств представляют собой устройства, с помощью которых люди и другие животные воспринимают окружающий мир. Каждый сенсорный канал функционирует как своего рода фильтр, который реагирует на широкий спектр раздражителей (световые и звуковые волны, физический контакт и т. д.) и обладает своими особенностями в зависимости от вида этих раздражителей.

Обеспечивая первичный контакт с окружающим миром, органы чувств являются своеобразными «окнами в мир». Через них проходит вся информация о нашем физическом существовании. Поэтому в НЛП придается большое значение сенсорному опыту и считается, что он является для человека первичным источником знания о внешнем окружении и основным строительным материалом для создания моделей мира. На сенсорном опыте основаны успешное обучение, общение и моделирование.

Сенсорный опыт можно противопоставить другим формам опыта, таким как фантазии и галлюцинации, которые скорее продуцируются человеческим мозгом, чем воспринимаются органами чувств. В дополнение к опыту, полученному посредством органов чувств, человек обладает информационной системой, состоящей из опыта, порожденного внутренним миром, — такого как «мысли», «убеждения», «ценности», «самоощущение». Эта внутренняя система знаний создает набор «внутренних» фильтров, которые сосредоточивают и направляют наши чувства (а также опускают, искажают и обобщают сведения, поступающие через органы чувств).

Сенсорный опыт является первичным способом получения новой информации об окружающей действительности для расширения наших «карт мира». Нередко фильтры уже сформированного знания отметают новую и потенциально значимую сенсорную информацию. Одна из задач НЛП — помочь людям научиться воспринимать больший объем сенсорного опыта за счет расширения того, что Олдос Хаксли называл «понижающим клапаном» сознания. Основатели НЛП Джон Гриндер и Ричард Бэндлер постоянно напоминали своим ученикам о необходимости «использования сенсорного опыта» взамен умозрительного планирования, или «галлюцинаций».