Женщины с лебедиными шеями. Амедео Модильяни: биография, фото и интересные факты Амедео модильяни портрет женщины


Этот непризнанный гений умер в страшной нищете, а сейчас за его картины на аукционах выкладывают целые состояния. Имя скандального художника, о котором один из коллег сказал, что "самобытный живописец был звездным мальчиком, и для него не существовала реальность", окутано легендами. Творчество великого творца, ничего не делавшего напоказ, невозможно уложить в рамки одного художественного направления.

Амедео Модильяни: краткая биография

Итальянский живописец и скульптор Amedeo Modigliani родился в городе Ливорно в 1884 году в еврейской семье. Его отец объявляет себя банкротом, и главой семьи в тяжелое время становится получившая прекрасное образование мать мальчика. Обладающая сильным характером и несгибаемой волей, женщина, прекрасно знающая несколько языков, подрабатывает переводами. Младший сын Амедео - очень красивый и болезненный ребенок, и Евгения Модильяни души не чает в своем малыше.

Мальчик сильно привязан к своей матери, которая быстро распознает у него способности к рисованию. Она отправляет 14-летнего сына в школу местного художника Микели. Подросток, получивший к тому времени разностороннее образование, забывает обо всем, он только и делает, что сутками рисует, полностью отдаваясь своей страсти.

Знакомство с шедеврами мирового искусства

Часто болеющего мальчика, у которого к тому же обнаружили туберкулез, в 1900 году мать увозит на остров Капри, чтобы поправить его здоровье. Амедео Модильяни, побывавший в Риме, Венеции, Флоренции, знакомится с величайшими шедеврами мирового искусства и в своих письмах упоминает о том, что "прекрасные образы с тех пор тревожат его воображение". Учителями юного живописца становятся признанные итальянские мастера, в том числе и Боттичелли. Позднее художник, мечтающий посвятить свою жизнь искусству, воскресит в своих работах утонченность и лиризм их образов.

Через два года юноша переезжает во Флоренцию и поступает в школу живописи, а позже продолжает учебу в Венеции, где, как полагают исследователи творчества гения, пристрастился к гашишу. Молодой человек вырабатывает индивидуальную манеру письма, которая кардинально отличается от существующих художественных направлений.

Богемная жизнь в Париже

Через несколько лет Амедео Модильяни, потерявший вдохновение в Италии, задумывается о богемной жизни во Франции. Он жаждет свободы, а его мать помогает любимому сыну переехать в Париж на Монмартр и поддерживает все его творческие поиски. С 1906 года Моди, как называют художника новые друзья (кстати, слово maudit с французского переводится как "проклятый"), наслаждается особым духом города. Симпатичному живописцу, у которого нет отбоя от поклонниц, не хватает денег.

Он скитается по самым дешевым меблированным комнатам, много выпивает и пробует наркотики. Однако все отмечают, что пристрастившийся к алкоголю художник отличается особой любовью к чистоте, и единственную свою рубаху стирает каждый день. Никто не мог соперничать по части элегантности с неотразимым Амедео Модильяни. Фото художника, которые дошли до наших дней, как нельзя лучше передают его удивительную красоту и утонченность. Все дамы сходят с ума при виде шагающего по улице одетого в велюровый костюм высокого живописца с этюдником наперевес. И ни одна из них не могла устоять перед обаянием бедного мастера.

Многие принимают его за итальянца, однако Модильяни, противостоящий антисемитам, не скрывает того, что является евреем. Независимый человек, считающий себя изгоем в обществе, никого не вводит в заблуждение.

Непризнанный гений

Во Франции Амедео ищет свой стиль, пишет картины, а на вырученные от их продажи деньги угощает новых приятелей в барах. За три года, проведенные в Париже, Модильяни не получает признания зрителей и критиков, хотя друзья художника считают его непризнанным гением.

В 1909 году Амедео Модильяни, биография которого наполнена драматическими событиями, знакомится с весьма эксцентричным скульптором Бранкузи и увлекается работой с камнем. Денег на дерево или песчаник для будущих шедевров у молодого человека не хватает, и он крадет ночью со стройки городского метро нужный материал. Позднее он бросает заниматься скульптурой из-за больных легких.

Платонический роман с Ахматовой

Новый период в творчестве мастера начинается после знакомства с А. Ахматовой, приехавшей в Париж с мужем Н. Гумилевым. Амедео увлекается поэтессой, называет царицей Египта и бесконечно восхищается ее талантом. Как позже признается Анна, их связывали лишь платонические отношения, и этот необычный роман подпитывал энергией двух творческих людей. Вдохновленный новым чувством, пылкий мужчина пишет портреты Ахматовой, не дошедшие до наших дней.

Большинство работ, отправленных в Россию, пропали во время революции. У Анны остался один портрет, которым она невероятно дорожила и считала главным своим богатством. Недавно были найдены три уцелевших наброска обнаженной поэтессы, хотя сама Ахматова утверждала, что никогда не позировала без одежды, и все рисунки Моди - это лишь его фантазия.

Новые отношения

В 1914 году художник Амедео Модильяни знакомится с английской путешественницей, поэтессой, журналисткой Б. Гастингс, и за бурными выяснениями отношений двух людей следит весь Париж. Эмансипированная муза гения была под стать своему любимому, и после яростных ссор, оскорблений, скандалов, сотрясавших город, следуют перемирия. Эмоциональный живописец ревнует свою подругу, избивает, подозревая во флирте и изменах. Он таскает ее за волосы и даже выбрасывает женщину из окна. Беатрис старается избавить своего любовника от пагубных привычек, однако у нее это плохо получается. Уставшая от бесконечных ссор журналистка через два года бросает Модильяни, написавшего в этот период свои лучшие работы. Больше они никогда не виделись.

Главная любовь всей жизни живописца

В 1917 году скандальный художник знакомится с 19-летней студенткой Жанной, которая становится его любимой натурщицей, музой и самым преданным другом. Влюбленные селятся вместе, несмотря на протесты со стороны родителей девушки, которые не хотят видеть своим зятем ведущего разгульный образ жизни еврея. В 1918 году пара перебирается в Ниццу, где комфортный климат благоприятно влияет на подорванное алкоголем и наркотиками здоровье мастера, однако запущенный туберкулез лечению уже не поддается. Осенью счастливые Амедео Модильяни и Жанна Эбютерн становятся родителями, и влюбленный живописец предлагает подруге зарегистрировать брак, но стремительно развивающаяся болезнь рушит все планы.

В это время агент художника устраивает выставки и занимается продажами картин, а интерес к творчеству гениального творца возрастает вместе с ценами на художественные произведения. В мае 1919 года молодые родители возвращаются в Париж. Моди совсем слаб, и через семь месяцев умирает в больнице для бездомных в абсолютной нищете. Узнав о смерти любимого, Жанна, ждущая второго ребенка, выбрасывается с шестого этажа. Жизнь без Амедео ей кажется бессмысленной, и Эбютерн мечтает присоединиться к нему, чтобы наслаждаться вечным блаженством в ином мире. Свою любовь девушка пронесла до последнего вздоха, и в самые сложные минуты именно она была единственной опорой для любимого бунтаря и являлась его верным ангелом-хранителем.

В последний путь художника провожал весь Париж, а его возлюбленную, которую богемный круг признал женой, скромно похоронили на следующий день. Спустя десять лет семья Жанны согласилась перенести ее прах в могилу к Амедео Модильяни, чтобы души влюбленных наконец-то обрели покой.

Дочь Жанна, названная в честь матери, скончалась в 1984 году. Она посвятила свою жизнь изучению творчества родителей.

Человек - это целый мир

Художник ничего не хочет знать, кроме самого человека, личность которого является для него единственным источником вдохновения. Он не пишет натюрморты и пейзажи, а обращается к портретной живописи. Абстрагированный от реалий жизни творец работает и днем и ночью, за что получает прозвище "лунатик". Живущий в своем мире, он не замечает, что происходит за окном и не следит за тем, как течет время. Совсем не так, как остальные, видит людей восхищающийся телесной красотой Амедео Модильяни. Произведения мастера это подтверждают: на его полотнах все персонажи подобны древним богам. Художник заявляет, что "человек - это целый мир, который стоит многих миров".

На его полотнах живут не только погруженные в тихую грусть герои, но и их ярко выраженные характеры. Художник, который частенько расплачивается карандашными набросками за еду, позволяет своим моделям смотреть в глаза творцу, словно в объектив фотоаппарата. Он пишет знакомых людей, детей на улицах, натурщиц, и его ничуть не занимает природа. Именно в жанре портрета автор развивает индивидуальную манеру письма, свой канон живописи. И когда он его находит, то уже больше не меняет.

Уникальный талант

Творец восхищается обнаженным женским телом и находит гармонию между ним и трепетной душой героинь. Изящные силуэты, по словам исследователей его творчества, выглядят как "фрагменты фрески, написанные не с определенных моделей, а словно синтезированные из других натурщиц". Амедео Модильяни прежде всего видит в них свой идеал женственности, а его полотна живут в пространстве по своим законам. Прославляющие красоту человеческого тела произведения становятся известными после кончины мастера, а коллекционеры со всего мира начинают охоту за его полотнами, на которых у людей немыслимо вытянутые головы и длинные шеи идеальной формы.

Как считают искусствоведы, такие удлиненные лица появились из африканской пластики.

Собственное видение героев полотен

Амедео Модильяни, произведения которого нельзя рассматривать бегло, пристальное внимание уделяет характерным лицам, на первый взгляд напоминающим плоскую маску. Чем больше вглядываешься в полотна мастера, тем отчетливей понимаешь, что все его модели индивидуальны.

Многие портреты гения, создающего собственный мир, скульптурны, видно, что мастер тщательно прорабатывает силуэт. В более поздних работах живописец добавляет округлости вытянутым лицам, тонирует розовым цветом щеки героинь. Это типичный ход настоящего скульптора.

Непризнанный при жизни Амедео Модильяни, фото полотен которого передают его уникальный талант, пишет портреты, нисколько не похожие на отражение в зеркале. Они передают внутренние ощущения мастера, не играющего с пространством. Автор сильно стилизует натуру, но что-то неуловимое он ухватывает. Талантливый мастер не просто срисовывает черты моделей, он сверяет их со своим внутренним чутьем. Живописец видит овеянные печалью образы и использует утонченную стилизацию. Скульптурная цельность сочетается с гармонией линии и цвета, а пространство впрессовано в плоскость холста.

Амедео Модильяни: произведения

Картины, созданные без единого исправления и впечатляющие точностью форм, продиктованы натурой. Своего друга-поэта он видит погруженным в мечты ("Портрет Зборовского"), а коллегу - импульсивным и открытым для всех людей ("Портрет Сутина").

На полотне "Алиса" перед нами предстает девочка с лицом, напоминающим африканскую маску. Обожающий удлиненные формы Модильяни рисует вытянутый силуэт, и понятно, что пропорции героини далеки от классических. Автор передает внутреннее состояние юного создания, в глазах которого читается отстраненность и холодность. Видно, что не по годам серьезной девочке мастер симпатизирует, и зрители ощущают теплое отношение к ней живописца. Он часто рисует детей и подростков, и от его персонажей веет произведениями Достоевского, которыми зачитывался Амедео Модильяни.

Картины с названиями "Обнаженная", "Портрет девочки", "Дама с черным галстуком", "Девочка в голубом", "Желтый свитер", "Маленький крестьянин" известны не только в Италии, но и других странах. В них ощущается сострадание к человеку, и каждый образ таит особую тайну и удивительную красоту. Ни одно полотно нельзя назвать бездушным.

"Жанна Эбютерн в красной шали" - одна из последних работ автора. Женщина, которая ждет второго ребенка, изображена с большой любовью. Модильяни, боготворящий свою любимую, с сочувствием относится к ее желанию отгородиться от недружелюбного внешнего мира, а одухотворенность образа в этом произведении достигает небывалых высот. Амедео Модильяни, творчество которого освещено в статье, проникает в саму сущность человеческих переживаний, и его Жанна, кажущаяся беззащитной и обреченной, смиренно принимает все удары судьбы.

Невероятно одинокий гений, к сожалению, прославился лишь после смерти, а его бесценные работы, которые он частенько раздаривал прохожим, получили мировую известность.

Поздно ночью Модильяни и Жанна Эбютерн шли вдоль ограды Люксембургского сада. Неожиданно из его груди вырвался какой-то нечеловеческий вопль, напоминающий рев раненого зверя. Он бросился на Жанну и с криками: «Я хочу жить! Ты слышишь? Я хочу жить!» начал ее избивать. Потом схватил за волосы и изо всех сил толкнул на железную решетку сада. Жанна не проронила ни единого звука. Слегка оправившись от удара, она сама поднялась, подошла к Модильяни и взяла за руку. Его внезапная ярость уже растаяла, как снег на солнце, и по лицу текли ручейки слез. «Я не хочу умирать, - говорил он Жанне. - Я не верю в то, что там что-то есть».

Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920)
«Моди, - ласково и очень мягко произнесла Жанна тоном, каким уговаривают заупрямившегося ребенка, - я же столько раз тебе про это рассказывала. Ну почему ты еще сомневаешься?» Он доверчиво прильнул к ней, и через пару минут странная пара скрылась за поворотом дороги.

Модильяни угасал. В последнее время он изменился до неузнаваемости и стал похож на призрак: костлявый как скелет, с синюшным цветом лица и трясущимися руками. Ни для кого, разумеется, не было секретом - на Монпарнасе не бывает секретов, - что у Моди туберкулез, но эта болезнь преследовала его с ранней юности, и он умел справляться с ней и при гораздо худших обстоятельствах. По Парижу поползли слухи, что с тех пор как Моди связался с Жанной Эбютерн, она, словно вампир, высасывает из Модильяни его могучую жизненную силу.

Если бы не эта сила, он сдох бы в одной из парижских канав еще тринадцать лет назад. Тогда, осенью 1906 года, в Париж приехал избалованный щеголь Амедео, или по-домашнему Дэдо, отпрыск некогда зажиточной, а теперь обедневшей еврейской семьи из итальянского городка Ливорно. Смазливого юношу с вьющимися черными волосами, облаченного в строгий темный костюм с твердым воротничком, застегнутую на все пуговицы жилетку и белоснежную рубашку с накрахмаленными манжетами, на Монпарнасе поначалу приняли за биржевого маклера. Амедео это чрезвычайно задело, потому что маклером на самом деле был его отец Фламинио Модильяни, о чем молодой человек не хотел распространяться. Он предпочитал представляться сыном богатого римского банкира и правнуком Бенедикта Спинозы. (девичья фамилия одной из прабабок, судя по всему, и на самом деле была Спиноза. Что, в свою очередь, давало основание предполагать о наличии родственной связи с великим философом. Не более того.)



1906 год
Амедео с ранней юности мнил себя художником - он немного учился живописи во Флоренции и Венеции, в Париж же приехал для того, чтобы познакомиться с новым искусством и, разумеется, стать знаменитым. Редко кто из начинающих художников был так уверен в своем таланте, как этот итальянский красавчик. Впрочем, Монпарнас кишел такими же, как он, непризнанными гениями, съезжавшимися сюда со всего света.

Оказалось, что для того чтобы быть художником в Париже, надо не столько уметь рисовать, сколько быть способным вести совершенно особенную жизнь. Жалкий сарай из деревянных досок и листов жести - таким было первое жилище Амедео. Стены, завешанные рисунками и набросками, из мебели два найденных на улице плетеных кресла со сломанными ножками. Постелью служило брошенное в углу тряпье, столом перевернутый ящик. Амедео с энтузиазмом обустраивался в новой квартире в конце концов главное, что он теперь в Париже, а совсем скоро станет знаменит и тогда подыщет себе что-нибудь поприличнее, а эту лачугу превратят в музей. Амедео знал, что на помощь семьи рассчитывать нечего - отец от них давно ушел, а денег, которые посылала ему мать, едва хватало на холсты и краски. К тому же условия жизни Модильяни были для Монпарнаса в общем-то обычными. Находящаяся неподалеку мастерская Пикассо, например, являла собой зрелище ненамного шикарнее.



Евгения Гарсен и Фламинио Модильяни, в год рождения Амедео, 1884
Амадео с матерью, Евгенией Гарсен, 1886


Евгения Гарсен 1925 год

В Ливорно Амедео привык общаться с чистенькими благовоспитанными юношами из хороших семей, тут же пришлось водить знакомство с весьма странной публикой: парижская художественная богема состояла по большей части из гомосексуалистов, наркоманов, альфонсов, религиозных фанатиков всех направлений, каббалистов, мистиков и просто сумасшедших. Яростные споры об искусстве, начинавшиеся обыкновенно в мастерской Пикассо, переносились в знаменитое кафе «Ротонда», где энтузиазм спорщиков подогревался лошадиными дозами алкоголя и гашиша.

Как-то в канун Рождества Модильяни нарядился Санта-Клаусом и у входа в кафе «Ротонда» бесплатно раздавал пастилки с гашишем. Не подозревая об наличии «секретной начинки», посетители кафе с удовольствием глотали их. Тем вечером опьяненная богема едва не разнесла «Ротонду»: представители высших творческих кругов Парижа били лампы, обливали потолок и стены ромом.




Знаменитая «Ротонда», завсегдатаем которой был Амедео Модильяни



Вскоре Модильяни превратился просто в Моди и его уже знала каждая собака в округе. (Моди, как его часто называли друзья и коллеги, фонетически совпадает с французским словом maudit, что в переводе означает «проклятый»). Так как никто не желал давать за его рисунки ни сантима, Моди скоро стало нечем платить даже за лачугу. Иногда он коротал ночи под столом в трактире, иногда на скамейке в парке, а потом устроил себе жилье в заброшенном монастыре за площадью Бланш, где любил работать по ночам под гулкий аккомпанемент ветра, врывавшегося в глазницы окон.

У Моди имелись свои причуды, за что, кстати, многие на Монпарнасе его уважали: так, он предпочитал голодать, но наотрез отказывался, в отличие от других, выполнять работу только ради денег - например, рисовать вывески. Он был великим максималистом и не желал транжирить свой талант. Не раз товарищи уговаривали его воспользоваться простым и надежным способом набить себе желудок рано утром под дверями зажиточных горожан разносчики оставляли свои товары - булочки, бекон, молоко, кофе. Немного ловкости и умения - и тебе обеспечен восхитительный завтрак. Однако гордый и щепетильный Модильяни никогда не соглашался в этом участвовать.



Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920) «Woman"s head with beauty spot» 1906
Ради чего он терпел такую нужду? Его картины в среде художников считались «мазней», никто не относился к ним всерьез. Обиженный таким отношением, Модильяни перестал ходить к Пикассо и постепенно отдалился от его кружка, тем более что авангардное искусство его почти не интересовало. В гордом одиночестве он пытался на холсте или бумаге придать форму тому, что смутно чувствовал, но еще не знал, как выразить.

Вместо вожделенной славы живописна этот итальянский еврей, красивый, как античный бог, очень скоро приобрел на Монпарнасе славу первого любовника. Парадокс заключался в том, что бедняга Моди на самом деле совсем не интересовался женщинами. Он отнюдь не был гомосексуалистом. но на барышень смотрел только как на более или менее удачную натуру.

В его постели перебывали все до единой его модели - проститутки, служанки, цветочницы, прачки. Предложить натурщице разделить с ним ложе после сеанса позирования было для Модильяни таким же актом вежливости, как у буржуа предложить гостям чаю, и значило ровно столько же - ни больше ни меньше. Он желал не наслаждаться, а воплощать. Он искал свой живописный материал. Впрочем, женщины не входили во все эти тонкости и принимали его галантность за чистую монету. То есть за любовь или по крайней мере за влюбленность.

Летом 1910 года в Париж приехали молодожены Анна Ахматова и Николай Гумилев. Ахматова с первого взгляда пленилась этой «достопримечательностью Монпарнаса». Модильяни показался ей самым живописным мужчиной, которого она когда-либо видела: в тот день он был одет в желтые вельветовые брюки и такого же цвета свободную куртку. Вместо галстука - ярко-оранжевый шелковый бант, вокруг пояса - огненно-красный шарф. Пробегая мимо со своей неизменной синей папкой с рисунками, Модильяни тоже остановил взгляд на изящной русской. «Весьма и весьма любопытная натура», - подумалось ему, и он, широко улыбнувшись, заговорщицки подмигнул девушке, потом сорвал с клумбы цветок и бросил к ее ногам. Рядом с Анной стоял Гумилев, но он только пожал плечами: ему было известно, что здесь, на Монпарнасе, законы общепринятой морали отменяются.




Анна Ахматова на рисунке работы Модильяни 1911
Моди никогда не зацикливался на женщинах, они входили в его жизнь и покидали ее, оставляя сердце нетронутым: Мадлен, Натали, Эльвира, Анна, Мари - бесконечная вереница красавиц, чьи прелести он обессмертил своими полотнами. С одной из них, английской журналисткой Беатрис Гастингс, Модильяни умудрился прожить целых два бурных года, но в ней он видел скорее «своего парня», чем любовницу. Они вместе пили, буянили, дрались и выдирали друг другу волосы. И когда Беатриса заявила, что с нее довольно «всей этой экзотики», Моди не очень расстроился.


Беатрис Гастингс
Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920) «Portrait of Beatrice Hastings»
Как-то Модильяни признался своему закадычному другу, скульптору Бранкузи, что «ждет одну-единственную женщину, которая станет его вечной настоящей любовью и которая часто приходит к нему во сне». И тут же на подвернувшейся под руку грязной салфетке набросал портрет той «одной-единственной». Бранкузи запомнилось только, что у нее были прямые длинные волосы.

Несмотря на бурную жизнь и слабое здоровье, энергия в Модильяни била ключом: он умудрялся писать иногда по нескольку картин в день, употреблял такие гремучие смеси гашиша с алкоголем, что они валили с ног иных здоровяков, участвовал во всевозможных карнавалах, увеселениях, дурачествах - словом, жил на полную катушку. В нем никогда не иссякали энтузиазм и надежда на то, что его вот-вот заметят, оценят, откроют... Ведь в конце концов даже высокомерный Пикассо признал, что у Моди есть талант. Со временем Модильяни обзавелся даже собственным агентом - поляком Зборовским, который стал находить покупателей на его картины. И вдруг в одночасье в Моди словно что-то надломилось: на горизонте появилась девушка с длинными прямыми волосами...

Впервые он увидел ее все в той же «Ротонде», куда 19-летняя Жанна Эбютерн, студентка Художественной академии Коларосси, забрела как-то со своей подругой выпить аперитив. Модильяни, по обыкновению занимавший свое излюбленное место у стойки, заметил новое лицо, вперил в него взгляд и долго пристально рассматривал.


Такой она видела сама себя до встречи с Амадео
(автопортрет, написанный Жанной в 1916 году)


А таким увидела Амадео:



«Посиди так», - через несколько минут обратился он к Жанне и тут же начал набрасывать на листке бумаги ее портрет. Той же ночью они ушли из ресторана обнявшись - так началась одна из самых странных любовных историй на Монпарнасе. На следующий день после знакомства везде, куда успел в течение дня забрести Моди, чтобы пропустить стаканчик - в «Ротонде», у Розали, в «Проворном кролике», - он производил впечатление окончательно рехнувшегося человека. Его глаза возбужденно блестели, он не мог усидеть на месте и то и дело вскакивал со стула и вскрикивал: «Нет, вы послушайте!» Приятели удивленно переглядывались: что случилось с Моди? «Я встретил женщину из своих снов! Это точно она! - то и дело повторял художник, словно кто-то ему возражал. - Я могу вам доказать: у меня есть ее портреты - удивительное сходство!» Друзья реагировали на эти речи жизнерадостным хохотом - разумеется, никто не сомневался в том, что Моди так острит. На Монпарнасе не принято рассуждать всерьез о вечной любви. Это безвкусно, буржуазно, и от этого всех тошнит.

Однако Жанна действительно оказалась женщиной Модильяни, его идеальным типажом. И он, конечно, понял это с первого взгляда. Ей не нужно было искусственно удлинять шею и овал лица, какой делал это, рисуя портреты других женщин. Весь ее силуэт словно стремился вверх, вытянутый и тонкий, как готическая статуя. Длинные, по пояс, волосы заплетены в две косы, голубые миндалевидные глаза словно смотрели куда-то поверх этого бренного мира и видели нечто, недоступное другим. Никто не назвал бы Жанну красавицей, но в ней было что-то завораживающее - это признали все.

А вот что нашла юная девушка в тридцатидвухлетнем изможденном полубродяге с горящими глазами туберкулезника? К 1917 году, когда они встретились, Моди был уже далеко не тот романтический красавец, который когда-то привлек внимание Ахматовой. Буйные черные кудри поредели, зубы - вернее, то, что от них осталось, - почернели. Когда мадам и месье Эбютерн, добропорядочные мещане-католики, узнали, с кем связалась их дочь, они тотчас пригрозили ей родительским проклятием, если она немедленно не оставит этого грязного еврея-лохмотника. Отец семейства Ашиль-Казимир Эбютерн занимал чрезвычайно солидную, с его точки зрения, должность старшего кассира в галантерейном магазине. Он носил твердые воротнички, черный сюртук и был напрочь лишен чувства юмора. Эбютерны лелеяли мечту вырастить своих детей - сына Андре и дочь Жанну - такими же добропорядочными людьми, какими считали себя.


...Теперь Модильяни ежедневно появлялся в «Ротонде» или у Розали в обществе Жанны. По обыкновению он сначала рисовал посетителей, которые ему чем-нибудь приглянулись, предлагал свои рисунки забредавшим полюбоваться на местное колоритное общество иностранцам (Моди всегда просил мизерную плату, а если и она не устраивала потенциального покупателя, он тут же на его глазах рвал рисунок на мелкие клочки). К ночи, изрядно набравшись, он непременно начинал кого-нибудь задирать. Но даже если Моди ввязывался в пьяную драку, Жанна не делала ни одного жеста, чтобы его остановить, и взирала на это с поразительным бесстрастием. В ее голубых глазах не отражалось ни страха, ни беспокойства. Часам к двум ночи Моди буквально за шкирку, как нашкодившего пса, вышвыривали из заведения. Выждав минуту, Жанна поднималась и молчаливой тенью следовала за ним.

Нередко они сидели на скамейке до самого утра в полном молчании, вдыхая холодный ночной воздух и глядя, как звезды постепенно бледнеют и уступают место рассвету. Моди то начинал дремать, то снова просыпался, пока Жанна не тянула его за рукав - это означало, что пришло время проводить ее домой. Моди послушно плелся за Жанной по гулким и пустынным парижским бульварам на улицу Амьо, где жили ее родители, и потом еще долго стоял под окнами, слушая, как в предрассветной тишине на всю округу разносятся вопли мамаши Эбютерн, встречающей за порогом свою непутевую дочь - «потаскуху, проститутку и жидовскую шлюху».

Он бы немедленно увел ее с собой от этих напыщенных кретинов Эбютернов, но куда Моди мог привести Жанну? В грошовые номера гостиниц с клопами и тараканами? На скамейки в парках?

Вскоре, однако, проблема разрешилась - друг и агент Модильяни мсье Зборовский сделал широкий жест, предложив оплачивать для него квартиру в том доме, где жил сам, за что художник обязался поставлять ему не менее двух картин или рисунков в неделю. Збо ни капельки не сомневался, что Модильяни - это талантище, который нужно всячески поддерживать, и что когда-нибудь эти идиоты-коллекционеры поймут, кого надо было покупать в Париже.



1917 год. Жанна позирует в мастерской
В начале 1917 года Моди вместе с Жанной переехали на улицу Гран-Шомьер. А на следующий день Моди закатил пир горой в ресторанчике у Розали: по случаю новоселья Зборовский ссудил Модильяни деньгами. Вдруг в дверях замаячила Симона Тиру, художница и натурщица, бывшая подружка Моди, окруженная ватагой своих приятелей. Все насторожились. Рыжеволосая Симона надвигалась прямо на Жанну, выставив вперед огромный живот. «А знаешь ли ты, куколка, что вот он, - указывая на Моди и постукивая себя по животу, - отец этого несчастного ребенка?». «Ты спала со мной ровно столько же, сколько со всеми здесь присутствующими! Так что осчастливь своим ребенком кого-нибудь другого! - вскакивая со стула, закричал Моди. - Я признаю ребенка только от нее! - Моди показал на Жанну. - Только она одна будет носить моих детей!» Вокруг недоуменно переглядывались - Моди вел себя совершенно неадекватно. Во-первых, все знали, что он долго жил с Симоной, и весьма вероятно, что ребенок, которого она носит, именно от него; кроме того, такая история была на Монпарнасе самой что ни на есть заурядной - здесь частенько не могли разобраться, кто от кого рожает. Если бы Моди с той же невозмутимостью, с какой он выпивал порцию бренди, признал ребенка, это выглядело бы нормальным.

Всем вокруг, включая Симону, было прекрасно известно, что взять с него совершенно нечего, так что признал бы - и дело с концом. Скорее всего Симона и ждала чего-нибудь в этом роде, но Модильяни заходился в крике, а Жанна смотрела на нее и молчала. Симона поймала ее бесстрастный загадочный взгляд, и неожиданно ей стало страшно. «Ты ведьма! по-кошачьи прошипела она сопернице. - Или помешанная!»!! прибавила скороговоркой: «Бог проклянет и тебя, и твоих детей». «А тебя, красавчик, произнесла Симона, поворачиваясь к Моди, - твоя богиня быстро сведет в могилу. Так что увидимся на том свете!» И Симона отчаянно закашлялась - она, как и Модильяни, страдала туберкулезом.



Жерар Модильяни, единственный сын Амадео

На 99-й странице книги дочери Амедео Модильяни «Модильяни: человек и миф» есть интересная сноска, в которой сообщается, что в Париже скончалась Симона Тиру. Симона позировала для Модильяни. Она влюбилась в него, но чувства оказались безответными. Когда же девушка забеременела, Амедео отказался признавать себя отцом ребенка. Она родила мальчика, о котором Модильяни даже слышать не хотел. После смерти Симоны мальчика усыновила французская семья.

С появлением Жанны жизнь Модильяни не только не вошла в спокойное русло, а напротив, совершенно разладилась. Теперь, вместо того чтобы по утрам браться за кисть, Моди старался побыстрее ускользнуть излома, оставляя свою Жанну на весь день в полном одиночестве. Он брел от одного кафе к другому, продавал кому-нибудь свои тут же наспех сделанные рисунки и на эти жалкие сантимы покупал себе выпивку. Вскоре Моди уже потерял способность работать трезвым. После полуночи Жанна отыскивала его в одним из питейных заведений, а нередко и в комиссариате полиции и приводила домой. Она раздевала его, умывала, укладывала спать, не проронив ни единого упрека. Они вообще до странности мало разговаривали друг с другом.



В кафе. Модильяни второй справа
Вовсе не Жанна, которую Моди называл своей женой, а Зборовский с раннего утра, пока Моди еще не успел улизнуть, начинал умолять его «немного поработать». Моди капризничал, кричал, что не может писать в комнате, «ледяной, как степи Сибири»! Збо приносил дров, становилось жарко, как в пекле, и тогда Моди «вспоминал», что у него нет красок. Збо бежал за красками. В это время какая-нибудь обнаженная натурщица терпеливо наблюдала за всем этим, примостившись в уголке жесткого неудобного дивана. Прибегала Ханка, жена Збо, обеспокоенная тем, что ее муж слишком долго глазеет на голую девку (к тому же она злилась, что Модильяни рисует «всяких глупых овец», а не ее). Среди этого бедлама, криков, воплей и уговоров полнейшую невозмутимость сохраняла только Жанна. Она либо что-то тихо готовила в другой комнате, либо рисовала. Ее лицо, как обычно, оставалось совершенно ясным и безмятежным.

Кончалось обычно тем, что Збо собственноручно приносил из соседнего магазина бутылку рома. Он понимал, что если Моди совсем перестанет работать, то завтра им с Жанной будет нечего есть. У Збо почти не осталось рисунков Моди, которые можно было быстро продать, поэтому ему придется в очередной раз бежать в ломбард и закладывать свой последний летний костюм. Иначе его чокнутые голубки подохнут с голоду.

Осушив стакан, Моди с проклятиями брался за кисть. Через каждые пять минут он заходился в приступе кашля и харкал кровью так, словно хотел выплюнуть внутренности. Но даже эти душераздирающие звуки не вызывали у Жанны никаких признаков беспокойства.



Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920) «Portrait of the Polish Poet and Art Dealer Leopold Zborovsk»
Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920) «Anna (Hanka) Zabrowska» 1916-17


Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920) «Portrait of Leopold Zborowski» 1916-17
Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920) «Anna (Hanka) Zabrowska»

Однажды, когда Моди по обыкновению куда-то запропал, Зборовский с женой почти силком затащили Жанну к себе. В два голоса, волнуясь и перебивая друг друга, они стали втолковывать ей, что Моди нужно спасать, что он гибнет: от пьянства, прогрессирующего туберкулеза, а главное - он теряет веру в свой талант. Жанна их вежливо выслушала, отхлебнула из чашки чаю, подняла на Зборовских свои голубые глаза, подернутые какой-то мистической поволокой, и сказала с мягкой уверенностью: «Вы просто не понимаете - Моди обязательно нужно умереть». Они оторопело уставились на нее. «Он гений и ангел, - невозмутимо продолжила Жанна. - Когда он умрет, все сразу это поймут». Зборовские испуганно переглянулись и поспешили перевести разговор на другую тему.

Шла Первая мировая война. Начались бомбардировки Парижа. Монпарнас опустел - все, кто мог, ушли на фронт. Рвался и Модильяни, но иностранцев, к тому же туберкулезников, в армию не брали. Во время авиационных налетов на город Моди и Жанну часто можно было встретить на улице - они спокойно прогуливались под рвущимися снарядами и вовсе не спешили укрыться в бомбоубежище...

Сразу по окончании войны спрос на картины Модильяни неожиданно вырос; не последнюю роль в этом сыграла большая выставка французской живописи, открывшаяся летом 1919 года в Лондоне. Впервые критики обратили внимание не только на картины Пикассо и Матисса, но и на полотна Модильяни. Теперь Зборовский выдавал Моди по 600 франков в месяц (для сравнения: очень приличный обед из супа, мясного блюда, овощей, сыра и литра вина стоил приблизительно один франк двадцать пять сантимов)! На эту сумму человек умеренный мог бы вести вполне обеспеченную жизнь, но Моди, всю жизнь мечтавший о богатстве, теперь был совершенно равнодушен к деньгам.



То же самое относилось и к его возлюбленной - несмотря на то что в ноябре 1918 года у них родилась дочка, Жанна не выказывала потребности ни в новой мебели, ни в приличной одежде, ни в игрушках для малышки. А Моди, получив от Зборовского очередную сумму, тут же отправлялся с кем-нибудь из своих бесчисленных друзей по ресторанам. Теперь уже одной рюмки было достаточно, чтобы Амедео впал в невменяемое состояние и начал крушить столы и посуду. Когда агрессивное настроение покидало его, он затевал новое шоу: вытаскивал из кармана брюк оставшиеся денежные купюры и фейерверком разбрасывал их на головы посетителям.

Модильяни делался все более и более одержимым идеей собственной смерти. Его здоровье ухудшалось с каждым днем, но о докторах и лечении он и слышать не хотел. Работу забросил вовсе. Как призрак, Моди бродил по улицам Парижа и изводил всех бесконечным нытьем: «Все, мне конец! Вы знаете, что мне теперь уже точно конец?» Жанна искала его по ночам и не раз обнаруживала валяющимся в канаве, иногда в обнимку с такими же пьяными в дым проститутками.



1919 год, одна из последних фотографии Модильяни
В начале зимы 1920 года Модильяни пришел к Розали, налил себе бренди, торжественно произнеся: «За упокой души Модильяни», выпил его залпом и вдруг затянул заупокойную еврейскую молитву, которую слышал еще в детстве в Ливорно. Вовремя подоспевший Зборовский с трудом вытащил упирающегося Модильяни из ресторана, привел домой и силой уложил в постель. Жанна куда-то отлучилась, Збо зашел за чем-то в соседнюю комнату и... замер от ужаса: на стульях стояли два незаконченных полотна Жанны - на одном она лежала мёртвая; на другом - совершала самоубийство...



Когда Збо вернулся в комнату Моди, Жанна уже сидела у постели больного: они о чем-то безмятежно разговаривали. Через час у Моди начался бред, и Збо решил не теряя времени отвезти его в больницу для бедных.

Там Модильяни поставили диагноз - менингит на фоне туберкулеза. Он ужасно страдал, и ему сделали укол, после которого Моди уже не пришел в себя. Когда врачи вышли сообщить, что Модильяни умер, Жанна спокойно улыбнулась, кивнула головой и сказала: «Я знаю». Войдя в палату (Жанна должна была вот-вот снова родить и ходила переваливаясь, как утка), она надолго припала к губам своего мертвого любовника. На следующий день в морге Жанна столкнулась с Симоной Тиру и вдруг, остановившись, влепила ей две пощечины, тихо промолвив: «Это тебе за моих проклятых детей».



посмертная маска Модильяни
В день смерти Модильяни, 24 января 1920 года, друзья не позволили беременной Жанне остаться одной и почти насильно проводили к родителям. Для Эбютернов все происходящее было лишь страшным, несмываемым пятном позора. Жанна лежала на диване в своей комнате повернувшись лицом к стене, а родители в гостиной громко спорили о ее дальнейшей судьбе. Папаша Эбютерн настаивал, чтобы падшая дочь навсегда покинула его дом. Брат Жанны Андре тем временем тихонько поднялся к сестре. «Обо мне не волнуйся, все будет хорошо», - прошептала она ему. А потом рассказала Андре про не раз посещавшие ее видения, что Моди - ангел и гений, которого ждет на небесах вечное счастье, а здесь, на земле, его признают только после смерти; и что она, Жанна, послана в этот мир лишь для того, чтобы сопровождать Моди туда, где им уже никто не помешает любить друг друга...

Вдруг Жанна закрыла глаза и замолчала, словно заснула на полуслове. Вскоре задремал и Андре, но тут же проснулся от громкого стука оконной рамы. Жанны в комнате не было. А внизу, на улице, уже собиралась толпа зевак, глазеющих на распластанное изуродованное тело беременной женщины...
текст частично Е. Головина

Как и предсказывала Жанна, работы Модильяни стали известны и востребованы сразу после его смерти - их начали раскупать
уже во время его похорон. При жизни, в отличие от Пикассо или Шагала, он был совершенно неизвестен, но пройдет несколько
десятков лет, и на аукционе «Christie"s» портрет Жанны Эбютерн, нарисованный когда-то ее нищим любовником, будет продан за 42,5 миллиона долларов:


Amedeo Clemente Modigliani (Italian, 1884-1920) «Jeanne Hebuterne (Au chapeau)» 1919

(1884-1920) итальянский художник, график и скульптор

В современном сознании облик Амедео Модильяни во многом сложился под влиянием блестящей игры французского актера Жерара Филипа в фильме «Монпарнас-19». Он создал образ непризнанного гения, умершего в одиночестве и нищете. Но это верно лишь отчасти: современники признавали талант Амедео Модильяни. Однако в начале века в Париже было много художников, и не все из них смогли самоутвердиться, стать известными и богатыми. Тем не менее легенда была создана, и очень трудно изменить сложившийся стереотип.

Биографические сведения о Амедео Модильяни противоречивы и крайне скудны. Так, согласно одной из легенд, предполагали, что мать художника происходила из рода Б. Спинозы. На самом же деле знаменитый философ умер, не оставив потомства.

Что же касается отца, то он не был владельцем банка, как об этом говорили почитатели Модильяни, а являлся лишь его основателем. Поэтому к области выдумки относится и тот факт, что у бедного художника в Италии были богатые родственники, которые вовремя не поддержали его.

На самом же деле и отец и мать Амедео Модильяни происходили из ортодоксальных еврейских семей. Его предки поселились в Ливорно, где мать будущего художника Евгения Гарсен вышла замуж за Фламинио Модильяни. У них родилось четверо детей - Эммануэле, будущий адвокат и депутат парламента, Маргерита, ставшая приемной матерью дочери художника, Умберто, ставший инженером, и, наконец, Амедео. К моменту его рождения семья находилась на грани разорения, и лишь с помощью друзей Модильяни смогли хоть как-то встать на ноги. Больше других помог Амедео Гарсен, старший брат Евгении. Он и в дальнейшем помогал будущему художнику, которого назвали в честь дяди.

Амедео Модильяни достаточно хорошо учился, но школа совсем не интересовала его. В 1898 году он перенес тяжелую болезнь - тиф. Видимо, в это время Модильяни и осознал, что может рисовать. Вскоре рисование настолько захватило его, что он начал просить мать найти ему учителя. В двенадцать лет Амедео начал заниматься в студии, которой руководил Гульельмо Микели, сторонник постимпрессионизма. Однако становление Амедео Модильяни проходило под влиянием многих художников. На его творчестве сказалось увлечение отечественными художниками, прежде всего представителями сьенской и флорентийской школы - Сандро Боттичелли и Филиппо Лишш.

В конце 1900 года Амедео Модильяни вновь заболел - тиф дал осложнение на легкие. По совету врачей он отправился на юг и два года прожил в Неаполе. Там он впервые начал рисовать скульптуру и архитектуру. В этюдах скульптур неаполитанских соборов уже видны овалы его будущих картин.

В 1902 году Амедео Модильяни вернулся в Ливорно, но вскоре вновь покинул родину. Несколько месяцев он посещал Свободную школу обнаженной натуры во Флоренции. Это учебное заведение являлось филиалом Института изящных искусств в Венеции. Там его учителем стал известный график Фаттори. От него Модильяни перенял непреходящую любовь к линии, простоте формы при постоянном сохранении объема. Модильяни любил рисовать обнаженных, любуясь хрупкостью и изяществом женского тела. Он создает в основном камерные портреты, избегая нарочитой вычурности, свойственной, например, картинам Пикассо. Он также уделял большое значение пространству, добиваясь нарочитой асимметричности. Вместе с тем его работы отличает особый лиризм, при их изучении рождается ощущение хрупкости, ненадежности внешнего мира.

С помощью дяди, банкира Амедео Гарсена, Амедео Модильяни несколько раз ездит в Венецию. Но постепенно он начинает понимать, что обязательно должен попасть в Париж, который тогда считался художественной Меккой. В 1906 году Модильяни наконец поселяется в Париже.

Вначале он записался в Академию Коларосси, но вскоре покинул ее, поскольку не мог смириться с рамками академической традиции. Амедео Модильяни снимает мастерскую на Монмартре, где и появились его первые парижские работы. Но через год художник переезжает с Монмартра. В то время у него появляется почитатель - доктор Поль Александр. Вместе с братом доктор содержал своеобразный приют для бедных художников. Там Модильяни и поселился осенью 1907 года. Именно Александр стал покупателем «Еврейки», за которую тогда заплатил всего двести франков.

А чуть позже он убедил Амедео Модильяни отдать работы на выставку Салона независимых. В конце 1907 года там были выставлены пять произведений итальянского мастера. Знакомые доктора раскупили эти картины. Осенью Модильяни снова выставляется в Салоне, но на этот раз его работы никто не покупает. Депрессия, полное одиночество, в котором художник оказался из-за своего «взрывного» характера, пристрастие к алкоголю стали причиной появления своеобразного внутреннего барьера, который так мешал ему все последующие годы.

Амедео Модильяни постоянно общался со своими современниками - Ж. Браком, М. Вламинком, Пабло Пикассо . Судьба отведет ему всего четырнадцать лет для творчества. За это время из юноши сложится интересный художник, который создаст свой неповторимый способ изображения фигур и человеческих лиц, где будут доминировать лебединые шеи, удлиненные овалы, несколько вытянутые туловища, миндалевидные глаза без зрачков.

Вместе с тем все персонажи Модильяни легко узнаваемы, хотя перед нами именно авторское видение своих героев, близких одновременно декадентской стилизации и африканской скульптуре.

Портреты Амедео Модильяни написаны отчасти и под влиянием творчества Сезанна, чью большую выставку он видел в 1907 году. От увлеченности Сезанном идут попытки передать предмет через особое пластическое пространство и новую палитру красок. Но Модильяни и в этом случае сохраняет за собой необычайное видение героя, почти всегда изображая сидящего человека, как, например, на его картине «Сидящий мальчик».

Жалея художника, некоторые специально заказывали ему картины, чтобы поддержать его. Но в основном он рисовал близких людей - М. Жакоба, Л. Зборовского, П. Пикассо, Д. Риверу. Один цикл портретов был навеян в 1914 году встречей с русской поэтессой Анной Ахматовой . К сожалению, из всего цикла сохранился только один рисунок, тот, что Ахматова увезла с собой. В нем доминантой пространства является знаменитая бегущая линия Амедео Модильяни.

Знакомство с Ахматовой нельзя считать случайным. Не следует забывать о том, что уже в юности Модильяни прошел через влияние философа Ф. Ницше, а также поэта и писателя Г. Д"Аннунцио. Он прекрасно знал классическую итальянскую и новую французскую символистскую поэзию, читал наизусть Ф. Вийона, Данте, Ш. Бодлера и Артюра Рембо . В начале XX века придет увлечение философией А. Бергсона.

Разносторонность интересов, страсть к путешествиям, желание постоянно открывать для себя новое в общении с современниками обусловили обращение Модильяни к разным формам искусства. Практически одновременно с серьезными живописными работами появляются и его скульптуры.

Избрав для себя стезю свободного художника, Модильяни ведет богемный образ жизни. Он не заканчивает художественные школы, а только находится в них, пробует гашиш и превращается из застенчивого скромного юноши в культовую фигуру. Все знавшие Модильяни отмечают его необычную внешность и склонность к неординарным поступкам. Вместе с тем склонность к алкоголю и наркотикам можно объяснить тем, что он стремился преодолеть внутреннюю неуверенность или просто поддавался влиянию друзей.

Амедео Модильяни многое роднит с Матиссом - лаконизм линии, четкость силуэта, обобщенность формы. Но у Модильяни нет матиссовского монументализма, его образы гораздо камернее, интимнее (женские портреты, обнаженная натура), линия Модильяни обладает необычайной красотой. Обобщенный рисунок передает хрупкость и изящество женского тела, гибкость длинной шеи, острую характерность мужской позы. Художника узнаешь по определенному типу лиц: близко посаженные глаза, лаконичная линия маленького рта, четкий овал, но эти повторяемые приемы письма и рисунка ничуть не уничтожают индивидуальности каждого образа.

В конце своего жизненного пути Амедео Модильяни встретил начинающую художницу Жанну Эбютерн, и они стали жить вместе. Как обычно, Модильяни нарисовал портрет ставшего близким для него человека. Но, в отличие от прежних подруг, она стала для него лучом счастья и света. Однако их связь была недолгой. Зимой 1920 года Модильяни тихо угас в госпитале. После похорон Жанна вернулась к родителям. Но там она оказалась в полной изоляции, поскольку католическая семья не смогла смириться с тем, что ее мужем стал еврей. Несмотря на то, что в это время Жанна ждала их второго ребенка, она не захотела жить без возлюбленного и выбросилась из окна. Ее похоронили через несколько дней.

После смерти родителей маленькую Жанну воспитывали родственники Модильяни, они сохранили некоторые его картины и не мешали девочке увлекаться живописью. Когда она выросла, то стала биографом отца и создала о нем книгу.

Творческое наследие Амедео Модильяни разошлось по всему миру. Правда, многие работы художника не сохранились из-за кочевого образа жизни автора. Нередко Модильяни расплачивался своими картинами, дарил их друзьям или отдавал на хранение. Некоторые из них погибли, поскольку шла Первая мировая война. Так пропала, например, папка с рисунками, оставленная русским писателем И. Эренбургом в посольстве Временного правительства в 1917 году.

Амедео Модильяни стал своеобразным символом своей непростой эпохи. Похоронили его на кладбище Пер-Лашез. На могиле краткая надпись - «Смерть настигла его на пороге славы».

И Константин Брынкуши , оказавшими большое влияние на его творчество. Модильяни имел слабое здоровье - он часто страдал от заболеваний лёгких и в возрасте 35 лет умер от туберкулёзного менингита . О жизни художника известно лишь из немногих достоверных источников.

Наследие Модильяни составляют главным образом картины и эскизы , однако с по 1914 годы он занимался в основном скульптурами. Как на полотнах, так и в скульптуре, основным мотивом Модильяни являлся человек. Помимо этого, сохранились несколько пейзажей ; натюрморты и картины жанрового характера не интересовали художника. Часто Модильяни обращался к произведениям представителей Ренессанса , а также к популярному в то время африканскому искусству . В то же время творчество Модильяни нельзя отнести ни к одному из современных направлений того времени, как например, кубизм или фовизм . Из-за этого искусствоведы рассматривают творчество Модильяни отдельно от основных течений того времени. При жизни работы Модильяни не имели успеха и стали популярными лишь после смерти художника: на двух аукционах «Сотбис » в 2010 году две картины Модильяни были проданы за 60,6 и 68,9 млн долларов США , а в 2015 году «Лежащая обнажённая» была продана на аукционе «Кристис » за 170,4 млн долларов США .

Энциклопедичный YouTube

    1 / 1

    ✪ Модильяни, "Девушка в сорочке"

Субтитры

Мы находимся в галерее Альбертина. Перед нами картина Модильяни «Девушка в сорочке». Это классическая работа Модильяни. Девушка не совсем в сорочке. Вы правы. Она прикрывается какой-то белой тканью. Вы употребили слово «классическая», и, думаю, здесь это вполне уместно. Взгляните на прекрасные изгибы тела девушки. Эти контуры напоминают мне древнегреческие скульптуры или даже вытянутые, изогнутые обнажённые тела на картинах Энгра. Думаю, это признак кризиса. Художник-модернист отталкивается от итальянской традиции и пытается найти связь между 20-м веком, между всеми принципами модернизма с его самосознанием и, конечно, его историей. Модильяни подчеркивает, что использует эти материалы совершенно осознанно. Взгляните на кожу девушки. Вы упомянули Энгра. На его картинах кожа кажется гладкой, фарфоровой. Это ближе к академической традиции 19-го века. Здесь же поверхность грубая, краска ложится неровно. Это скорее штукатурка, а вовсе не гладкий фарфор. Благодаря этому зритель обращает внимание на краску, и более того, на способ нанесения краски, выбранный художником. Вы правы, кожа этой девушки не похожа на фарфор. Она напоминает штукатурку для фресок или терракоту. И всё же здесь чувствуется влияние классицизма. А ведь не стоит забывать, что это 1918 год. Брак и Пикассо уже разрушили форму, изломали пространство, а Модильяни намеренно создаёт классический, вневременной образ. Думаю, вы правы. Это прежде всего обнажённая натура, самый традиционный объект изображения. Здесь чувствуется огромное уважение к традиции, которое художник вложил в картину. Но в то же время, он подчеркивает систему восприятия или изображения, которая связана скорее не с объектом наблюдения, а с самой картиной. Я вижу это, например, по тому, как руки и ноги словно созданы из цепочки геометрических фигур, а не изображены в соответствии с тем, как на самом деле расположены мышцы и кости в теле девушки. Да, но это справедливо и для Энгра. Да, верно. Энгр начинает вольно трактовать строение человеческого тела. Здесь, с одной стороны, Энгр, а с другой - Брак и Пикассо. Здесь есть некая условность, которой Энгр никогда бы не допустил. Например, взгляните на руки девушки. Левая ладонь, лежащая на колене, только намечена оранжевой, терракотовой краской, и тонкими оранжевато-красными линиями обозначены кончики пальцев. Суть именно в процессе создания картины. В том, как художник находит нужные формы, линии, нужные изобразительные средства. Думаю, Модильяни обращает наше внимание на это. Да, он хочет, чтобы мы увидели эту девушку, но он также хочет, чтобы мы увидели творческий процесс. Поэтому он позволяет себе оставить карандашные линии. И даже холст кое-где просматривается. Верно. И множество разных видов мазков, разных техник живописи. Многое из того, что относится к процессу творчества, здесь не скрыто, а предъявлено зрителю. В каком-то смысле процесс конструирования, создания, обдумывания смысла и способа изображения здесь открывается для нас. Да, вы совершенно правы. Думаю, Модильяни и правда обращает наше внимание на разные виды мазков: одни быстрые, другие аккуратные, третьи очень нежные. Кроме того, Модильяни, как это часто бывает, не прорисовал глаза. Благодаря этому, как и в случае с классическими статуями, можно смотреть на формы, не отвлекаясь на взгляд. Превращая глаза в угловатые овалы без зрачков, которые не могут посмотреть на зрителя, художник напоминает нам о геометрии, абстракции, о форме наконец. Начало 20-го века - это невероятный период напряжённости между изображением, техникой и значением произведения в мире, где процесс искусства сам по себе признается искусством. Subtitles by the Amara.org community

Биография

Детство

Амедео (Иедидия) Модильяни родился в семье евреев -сефардов Фламинио Модильяни и Евгении Гарсен в Ливорно (Тоскана , Италия). Он был самым младшим (четвёртым) из детей. Его старший брат, Джузеппе Эмануэле Модильяни (1872-1947, семейное имя Мено ), - впоследствии известный итальянский политик-антифашист. Прадед его матери, Соломон Гарсен, и его жена Реджина Спиноза поселились в Ливорно ещё в XVIII веке (однако их сын Джузеппе в 1835 году переехал в Марсель); семья отца перебралась в Ливорно из Рима в середине XIX века (сам отец родился в Риме в 1840 году). Фламинио Модильяни (сын Эмануэле Модильяни и Олимпии Делла Рокка) был горным инженером, руководил угольными шахтами в Сардинии и управлял почти тридцатью акрами лесных угодий, которыми владела его семья.

Ко времени появления на свет Амедео (семейное имя Дедо ) дела семьи (торговля дровами и углём) пришли в упадок; матери, в 1855 году родившейся и выросшей в Марселе , приходилось зарабатывать на жизнь преподаванием французского языка и переводами, в том числе произведений Габриеле д’Аннунцио . В 1886 году в доме Модильяни поселился его дед - обедневший и перебравшийся к дочери из Марселя Исаако Гарсен, который до своей смерти в 1894 году серьёзно занимался воспитанием внуков. В доме также жила его тётя Габриэла Гарсен (впоследствии покончившая жизнь самоубийством) и таким образом Амедео с детства был погружён во французскую речь , что позже облегчило ему интеграцию в Париже. Считается, что именно романтическая натура матери оказала огромное влияние на мировоззрение юного Модильяни. Её дневник, который она начала вести вскоре после рождения Амедео, является одним из немногих документальных источников о жизни художника.

В возрасте 11 лет Модильяни заболел плевритом , в 1898 году - тифом , который был в то время неизлечимым заболеванием. Это стало поворотной точкой в его жизни. По рассказам его матери, лёжа в лихорадочном бреду, Модильяни бредил шедеврами итальянских мастеров, а также распознал своё предназначение в качестве художника. После выздоровления родители позволили Амедео бросить школу, чтобы тот мог начать брать уроки рисования и живописи в ливорнской Академии искусств.

Учёба в Италии

В 1898 году Модильяни начал посещать в Ливорно частную художественную студию Гульельмо Микели. В свои 14 лет он был младшим из учеников в своём классе. Помимо уроков в студии с сильной ориентацией на импрессионизм , в ателье Джино Ромити Модильяни учился изображать обнажённую натуру. К 1900 году здоровье юного Модильяни ухудшилось, вдобавок он заболел туберкулёзом и вынужден был вместе со своей матерью провести зиму 1900-1901 годов в Неаполе , Риме и на Капри . Из своего путешествия Модильяни написал пять писем своему другу Оскару Гилья , из которых можно узнать об отношении Модильяни к Риму.

Весной 1901 года Модильяни последовал за Оскаром Гилья во Флоренцию - они дружили несмотря на девятилетнюю разницу в возрасте. После проведённой в Риме зимы весной 1902 года Модильяни поступил в Свободную школу живописи обнаженной натуры (Scuola libera di Nudo) во Флоренции, где обучался мастерству у Джованни Фаттори . Именно в тот период он начал посещать флорентийские музеи и церкви, изучать восхищавшее его искусство Возрождения .

Через год, в 1903, Модильяни вновь последовал за другом Оскаром, в этот раз в Венецию , где остался до переезда в Париж. В марте он поступил в венецианский Институт изящных искусств (Istituto di Belle Arti di Venezia) , продолжая при этом изучение работ старых мастеров. На Венецианских биеннале 1903 и 1905 годов Модильяни познакомился с работами французских импрессионистов - скульптурами Родена и примерами символизма . Считается, что именно в Венеции он пристрастился к гашишу и начал принимать участие в спиритических сеансах.

Париж

В начале 1906 года, с небольшой суммой денег, которую смогла собрать для него мать, Модильяни переехал в Париж , о котором мечтал уже несколько лет, так как надеялся найти понимание и стимул к творчеству в среде парижских художников. В начале XX века Париж являлся центром мирового искусства, молодые неизвестные художники быстро становились знаменитыми, открывались всё более авангардные направления живописи. Первые месяцы Модильяни проводил в парижских музеях и церквях, знакомился с живописью и скульптурой в залах Лувра , а также с представителями современного искусства. Поначалу Модильяни жил в комфортабельном отеле на правом берегу , так как считал его соответствующим своему социальному положению, однако вскоре снял небольшую студию на Монмартре и начал посещать занятия в Академии Коларосси . В то же время Модильяни познакомился с Морисом Утрилло , с которым они остались друзьями на всю жизнь. Тогда же Модильяни ближе сошёлся с поэтом Максом Жакобом , которого затем неоднократно рисовал, и Пабло Пикассо , проживавшим поблизости от него в Бато-Лавуар . Несмотря на своё неважное здоровье, Модильяни принимал активное участие в шумной жизни Монмартра . Одним из первых его парижских друзей стал немецкий художник Людвиг Мейднер , который его назвал «последним представителем богемы »:

«Наш Модильяни, или Моди, как его называют, был типичным и вместе с тем очень талантливым представителем богемного Монмартра; скорее даже он был последним истинным представителем богемы» .

Во время проживания в Париже Модильяни испытывал большие финансовые трудности: хотя его мать регулярно посылала ему деньги, их не хватало для выживания в Париже. Художнику приходилось часто менять квартиры. Иногда он даже оставлял свои произведения в квартирах, когда был вынужден уходить из очередного пристанища, так как не мог оплатить квартиру.

Весной 1907 года Модильяни поселился в особняке, который сдавал молодым художникам доктор Поль Александр. Молодой врач стал первым покровителем Модильяни, их дружба продлилась семь лет. Александр покупал рисунки и картины Модильяни (в его коллекции оказались 25 живописных и 450 графических работ), а также организовывал для него заказы на портреты . В 1907 году несколько работ Модильяни были выставлены в Осеннем салоне , в последующем году по настоянию Поля Александра он выставил пять своих работ в Салоне Независимых , среди них портрет «Еврейка». Работы Модильяни остались без внимания публики, поскольку не относились к модному тогда направлению кубизм , который возник в 1907 году и чьими основоположниками являются Пикассо и Жорж Брак . Весной 1909 года через Александра Модильяни получает первый заказ и пишет портрет «Амазонка».

Скульптура

В апреле 1909 года Модильяни переехал в ателье на Монпарнасе . Через своего покровителя он познакомился с румынским скульптором Константином Брынкуши , который впоследствии оказал на Амедео огромное влияние. Некоторое время Модильяни отдавал предпочтение занятиям скульптурой перед рисованием. Говорили даже, что для своих скульптур Модильяни крал каменные блоки и деревянные шпалы со строительных площадок возводимого в то время метро . Сам художник никогда не озадачивался отрицанием слухов и измышлений на свой счёт. Существуют несколько версий, почему Модильяни сменил сферу деятельности. По одной из них, художник давно мечтал заняться скульптурой, но не имел технических возможностей, которые стали ему доступны лишь после переезда в новое ателье. По другой, Модильяни захотел испробовать свои силы в скульптуре из-за неудачи его картин на выставках.

Благодаря Зборовски, работы Модильяни были выставлены в Лондоне и получили восхищённые отклики. В мае 1919 года художник вернулся в Париж, где принял участие в Осеннем салоне . Узнав о повторной беременности Жанны, пара решила обручиться, однако свадьба так и не состоялась из-за заболевания Модильяни туберкулёзом в конце 1919 года.

Модильяни скончался 24 января 1920 года от туберкулёзного менингита в одной из парижских клиник. Днём позже, 25 января, покончила жизнь самоубийством Жанна Эбютерн , находившаяся на 9-м месяце беременности . Амедео был похоронен в скромной могиле без памятника на еврейском участке кладбища Пер-Лашез ; в 1930 году , через 10 лет после гибели Жанны, её останки были захоронены в соседней могиле. Их ребёнка удочерила сестра Модильяни.

Творчество

Направление, в котором работал Модильяни, традиционно относят к экспрессионизму . Однако в этом вопросе не всё так однозначно. Не зря Амедео называют художником парижской школы - за время проживания в Париже он испытал влияние различных мэтров изобразительного искусства: Тулуз-Лотрека , Сезанна , Пикассо , Ренуара . В его творчестве присутствуют отголоски примитивизма и абстракции. Скульптурные студии Модильяни явно показывают влияние модной в то время африканской пластики на его творчество. Собственно экспрессионизм в творчестве Модильяни проявляется в выразительной чувственности его картин, в большой их эмоциональности.

Отправить свою хорошую работу в базу знаний просто. Используйте форму, расположенную ниже

Студенты, аспиранты, молодые ученые, использующие базу знаний в своей учебе и работе, будут вам очень благодарны.

Размещено на http://www.allbest.ru/

Министерство образования и науки Украины

Мариупольский государственный университет

Исторический факультет

Тема: Амедео Модильяни

Выполнила:

студентка Солиева М.

Преподаватель:

Мариуполь2013

Введение

1. Жизнь и эпоха

2. Творчество

3. Знаменитые работы

Заключение

Список литературы

Введение

В начале 1906 года среди молодых художников, литераторов, актеров, живших на Монмартре своеобразной колонией, в которой все, так или иначе, знали друг друга, появилась и сразу привлекла к себе внимание новая фигура. Это был Амедео Модильяни, только что приехавший из Италии и поселившийся на улице Коленкур, в маленьком сарае-мастерской посреди заросшего кустарником пустыря, который называли «маки» и как раз тогда начинали застраивать новыми домами. Ему было двадцать два года. Он был ослепительно красив, но привлекал к себе, очевидно, чем-то еще более необычным. Многие из тех, кто с ним тогда встретился впервые, запомнили, прежде всего, лихорадочный блеск больших черных, в упор глядящих глаз на матово-смуглом лице. Негромкий голос казался «горячим», походка - летящей, а весь облик - сильным и гармоничным.

Последний из могикан богемы Амедео Модильяни прожил вполне богемную жизнь. Нищета, болезни, алкоголь, наркотики, бессонные ночи, беспорядочные связи были его постоянными спутниками. Но это не помешало ему стать величайшим художником-новатором, создавшим неповторимый «мир Модильяни».1

У нас Модильяни нет ни в музеях, ни в частных коллекциях (несколько сохранившихся рисунков конечно, ни в какой мере не восполняют этого пробела). В начале 20-х годов, когда происходило стихийное и в основном спекулятивно-мародерское «распределение» его картин па мировом художественном рынке, наша страна жила так трудно, что ей было не до забот о приобретении новейшей западной живописи.2 Модильяни был представлен у нас впервые в 1928 толу на одной из выставок зарубежного искусства. После длительного перерыва немногочисленные его портреты еще несколько раз появлялись на выставках произведений из музейных и частных собраний США, Франции, Японии.

Характерно, что, несмотря на такое множество разнообразных работ о Модильяни, в западном искусствоведении все чаще высказывается мнение, что его творчество еще нуждается в более глубоком изучении, что он еще не понят до конца и не оценен достаточно объективно. Об этом действительно невольно думаешь, знакомясь с его произведениями и одновременно читая хотя бы все лучшее, что написано о нем. Трудно не заметить, что даже самый серьезный, профессионально зоркий анализ его творчества на Западе до сих пор ограничивается преимущественно проблемами «чистой формы». Ее рассматривают абстрактно и скрупулезно, чтобы установить либо традиционность, либо оригинальность приемов его мастерства. Рассматриваемые как бы в безвоздушном пространстве, в насильственно замкнутой сфере, эти приемы мастерства либо спрессовываются в бездушный протокол, напоминающий «историю болезни», либо дают последовательно повод для ничем не ограниченных сопоставлений, то более или менее обоснованных, то произвольных. С кем только не сближают Модильяни, чьих только влияний ему не навязывают! Имена и школы приклеиваются к его творчеству в таком изобилии, что кому-то он может уже показаться не то всеобщим подражателем, не то эклектичным учеником - во всяком случае, до тех пор, пока, пройдя сквозь различные «этапы», оп не выработает, наконец, по воле иного исследователя, свой собственный неподражательный и неподражаемый стиль. И становится уже трудно в этом калейдоскопе «влияний» и «сближений» определить те реальные истоки и увлечения, которые действительно освещали его путь и помогли ему совсем еще молодым стать в искусстве самим собой. Непонятно, почему его искусство насильственно лишают социальной и философской содержательности. Им любуются, славословят красоту его живописи и изящество рисунка, отмахиваясь от его духовного воздействия.

Итак, цель данной работы - проследить жизненный и творческий путь Амедео Модильяни, а для этого необходимо:

наметить основные этапы непродолжительной, но полной событиями, жизни художника;

осветить творчество Модильяни;

проанализировать основные работы мастера.

Работая с литературой по данной теме, автор отмечает их ограниченное количество, но можно отметить возросший интерес к творчеству Модильяни последние 10-20 лет в отечественном искусствоведении. Самым известным советским исследованием творчества этого мастера можно назвать монографию Виленкина В.Я. «Амедео Модильяни». Автор книги подробно знакомит читателя с жизнью и творчеством, предлагает глубокий, но возможно, не вполне объективный анализ произведений автора. Работа Вернера «Амедео Модильяни» более объективна, она также содержит множество интересных фактов о жизни Модильяни, анализ работ, но более краткий, но в отличии от труда Виленкина содержит большое количество цветных и черно-белых иллюстраций. Наиболее полное собрание репродукций работ Модильяни, на наш взгляд, содержится в книге «Мир шедевров. 100 мировых имен в искусстве». Кроме репродукций в книге содержится большая вступительная статья с подробной биографией Амедео Модильяни и кратким анализом работ.

1. Жизнь и эпоха

Амедео Модильяни родился 12 июля 1884 года в Ливорно, на западном побережье Италии. Его родители происходили из благополучных еврейских семей (один из дедов будущего художника был в свое время процветающим банкиром). Но мир встретил родившегося ребенка неласково - в год рождения Амедео его отец, Фламинио, разорился, и семья оказалась на пороге нищеты. В этой ситуации подлинным главой семьи стала мать будущего художника, Евгения, обладавшая несокрушимым характером. Она получила очень хорошее образование, пробовала силы в литературе, подрабатывала переводами и преподавала детям английский и французский языки.

Амедео был младшим и самым красивым из четверых детей Модильяни. Мать не чаяла в нем души еще и потому что мальчик рос слабым. В 1895 году он серьезно переболел плевритом. По семейному преданию, рисовать Амедео начал только после того, как серьезно переболел брюшным тифом в 1898 году. Мать рассказывала, что с сыном приключился какой-то необыкновенно живописный, страшный брел, во время него Амедео описывал картины, которых раньше никогда не видел, и что якобы именно во время болезни открылась у него страсть к рисованию. Около этого времени Амедео всерьез увлекся рисованием. К школьным занятиям он был совершенно равнодушен и уже в четырнадцатилетнем возрасте поступил учеником в мастерскую местного художника и скульптора Г. Микели.

«Дедо (так звали мальчика в семье) полностью забросил все свои дела,- писала в дневнике его мать, - и не занимается ничем, кроме рисования... Он рисует целыми днями, поражая и смущая меня своей страстью. Его учитель очень им доволен. Он говорит, что Дедо очень хорошо рисует для ученика, проучившегося живописи всего три месяца».

В 1900 году, когда Амедео вновь заболел плевритом, в его левом легком обнаружили очаги туберкулеза, ставшего впоследствии одной из причин ранней смерти художника. Мать повезла сына поправлять здоровье на остров Капри. На обратном пути подросток посетил Рим, Флоренцию и Венецию. От этого путешествия сохранились письма, отправленные им приятелю, - с пылкими признаниями в любви к искусству и с упоминанием о прекрасных образах, «тревожащих воображение». Впрочем, было в них и кое-что другое. В одном из писем с Капри юный путешественник рассказывает о «прогулке лунной ночью с одной норвежской девушкой, весьма привлекательной на вид».

В 1902 году Модильяни уехал во Флоренцию, где поступил в школу живописи. Перебравшись в марте 1903 года в Венецию, он продолжил учебу в местной Академии. До нас дошло совсем немного рисунков и писем художника, относящихся к этому периоду. Венеция была пестрым по национальному составу городом с богатейшими культурными традициями. Но Модильяни, как и всех молодых художников его поколения, манил к себе Париж. В январе 1906 года 21-летний художник ступи на обетованную парижскую землю. Его любимый дядя, Амедео Гарсин, помогавший ему до этого, скончался годом ранее, и теперь Модильяни получал лишь скромную «стипендию» от матери.

Начались его скитания по дешевым меблированным комнатам - сначала на Монмартре, а с 1909 года - на Монпарнасе, в квартале художников. Амедео прекрасно владел французским языком и поэтому без труда обзавелся парижскими приятелями, вместе с которыми наслаждался прелестями столичной жизни, не обходя стороной и бары с борделями (ил. 1).

В ноябре 1907 года Модильяни познакомился с молодым врачом и любителем живописи Полем Александром, первым собирателем его работ. Лишь мировая война развела их (доктора Александра тогда мобилизовали для работы в военном госпитале). Именно Александр в 1909 году свел Модильяни с выдающимся румынским скульптором Константином Бранкузи. Под влиянием Бранкузи Амедео увлекся скульптурой, на несколько лет забросив живопись (ил. 2,3). Однако пыль так вредно действует на его слабую грудь, что он временно вынужден отказаться от занятой любимой скульптурой. Какое-то время посещает даже Академию Коларосси, и этим посещением мы обязаны едва ли не самым последним его рисункам обнаженных натурщиц, выполненным в академической манере. Дальше начинаются поиски нового.

Кроме того, он пытается разрешить и две главные задачи, стоящие перед ним: первая - это заработать, а вторая - то, о чем писал еще из Рима, - «прийти к своей собственной правде о жизни, красоте и искусстве», то есть найти свою тему и обрести свой язык. С первой задачей он так и не справился до конца своей жизни. Его юношески романтическая фраза о том, что «мещане нас никогда не поймут», обрела здесь, увы, свою грубую конкретность. Ни один парижский мещанин не соглашался купить полотна никому не известного живописца - уж слишком рискованное вложение денег.

Богемная жизнь давала о себе знать. Здоровье художника пошатнулось. В1909-м и в 1912-м годах Модильяни ездил к своим родным в Италию, чтобы поправить его, но, вернувшись в Париж, вновь предпочитал жить по-прежнему. Пил Модильяни тяжело и часто; в пьяном виде становился невыносимым. В «затуманенном» состоянии он мог оскорбить женщину, ввязаться в скандал, затеять драку, даже обнажиться на публике. При этом почти все, кто хорошо знал его, отмечают, что трезвый художник был обычным человеком, ничем ни отличавшимся от большинства людей того времени.

Перед первой мировой войной Модильяни поселился в знаменитом «Улье», или иначе «Ротонде», без упоминания о котором не обходился ни один рассказ о жизни легендарных художников-монпарнасцев. Нескладное, странное сооружение, бывшее павильоном вин на Всемирной выставке 1900 года, какой-то чудак-благодетель перетащил на купленную им по дешевке землю почти на окраине Парижа и в нем устроил общежитие для бездомных и безнадежных бедолаг-художников. Каких только знаменитостей не перевидали его грязные каморки-мастерские, больше похожие на гробы с полатями над дверьми вместо кроватей. Тут жили Фернан Леже, Марк Шагал, французский поэт Блез Сандрар, и даже наш Луначарский гостил одно время у Модильяни. Этому жутковатому «Улью» Модильяни обязан знакомством с человеком, которого нежно любил и считал одним из величайших художников своего времени. Это - Хаим Сутин, местечковый еврей, сбежавший из захолустных Смиловичей, где единоверцы дружно лупили его за картины, и каким-то чудом залетевший в блестящий Париж. Сутин оказался оригинальным художником, с большим будущим. Модильяни написал два его портрета, один из которых, где у Сутина открытое, задорное лицо пройдохи-парня - очень красив по живописи.

С началом Первой мировой войны жизнь Модильяни еще более помрачнела. Многих его друзей призвали в армию, подступило одиночество. Кроме того, взмыли вверх цены; камень и мрамор стали недоступной роскошью, и Модильяни пришлось забыть о скульптуре. Вскоре он познакомился с писательницей Беатрис Хастингс. Знакомство переросло в бурный роман, продлившийся два года. О том, каковы отношения между любовниками, можно судить хотя бы по тому, что однажды Модильяни признался, что вышвырнул Беатрис из окна, а в другой раз, краснея от стыда, рассказал Жаку Липшицу, что Беатрис побила его тряпкой.

Именно в годы войны Модильяни удалось добиться некоторого успеха. В 1914 году работы художника начал покупать Поль Гильом. В 1916 году этого «арт-дилера» сменил выходец из Польши Леопольд Зборовский. В декабре 1917 года Зборовский договорился с владелицей художественной галереи Бертой Вейль об организации персональной выставки Модильяни (это была единственная его прижизненная «персоналка»). Казалось, что стена непризнания вот-вот рухнет. Однако затея с выставкой обернулась фарсом. Галерея находилась как раз напротив полицейского участка, и когда возле окна галереи с выставленной в нем для привлечения публики ню Модильяни собралась небольшая толпа, один из полицейских решил посмотреть, что там происходит. Спустя полчаса мадам Вейль приказали убрать из окна «мерзость», и выставку пришлось свернуть до ее официального открытия.

За несколько месяцев до злополучной выставки Модильяни познакомился с 19-летней студенткой Жанной Эбютерн (ил. 4). Девушка влюбилась в художника и оставалась вместе с ним до самой его смерти. Впрочем, его поведение от этого не стало лучше. С Жанной Модильяни бывал ужасно груб. Поэт Андре Сальмон так описывал один из многочисленных публичных скандалов Модильяни: «Он тащил ее (Жанну) за руку. Схватив ее за волосы, с силой дергал их и вел себя как сумасшедший, как дикарь».

В марте1918 года Зборовский переехал на юг Франции, подальше от погрязшей в военной суете столицы. Составить себе компанию он пригласил нескольких художников - Модильяни был в их числе. Так он оказался в Каннах, а затем в Ницце, где в ноябре 1918 года у Жанны родилась дочь (тоже Жанна). В конце 1919 года Модильяни (ил. 5) с обеими Жаннами возвратился в Париж, а спустя несколько месяцев заболел туберкулезным менингитом.

12 июля 1920 года он скончался. Трагическим постскриптумом к жизни Модильяни стало самоубийство Жанны Эбютерн. На следующее утро после похорон она, будучи на восьмом месяце беременности, выбросилась из окна.

В конце его биографии принято ставить жирную точку: наконец-то Модильяни нашел себя и выразил себя до конца. А он сгорел на полуслове, его творческий полет оборвался катастрофически, он тоже оказался одним из тех, кто «свое на свете недожил, на земле свое недолюбил» и, главное, недотворил. Даже на основания того, что он сделал неоспоримо совершенно в этот свой один-единственный «период», что продолжает жить для нас еще сегодня, - кто скажет, куда, в какие новые а, может быть, совершенно неожиданные стороны, в какие неведомые глубины устремился бы этот страстный, тоскующий по какой-то последней, всеисчерпывающей правде талант? Разве только в одном можно не сомневаться - что он не остановился бы па уже им достигнутом.1

2. Творчество

В 1898-1900 годах Амедео Модильяни занимался в мастерской Гульельмо Микели, и поэтому можно сказать, что начальный этап его творчества проходил под знаком итальянского искусства XIX века. Поскольку это столетие в стране со славным художественным прошлым не богато выдающимися достижениями, многие склонны недооценивать мастеров этого времени и их творения. А между тем они - бесспорный источник вдохновения начинающего художника, и этот факт не может быть опровергнут тем обстоятельством, что до нас дошло мало ранних, выполненных до переезда в Париж, работ Модильяни. Может быть, в Ливорно, Флоренции или Венеции еще обнаружатся неизвестные произведения Модильяни 1898-1906 годов, которые помогут пролить свет на начальный этап творческой биографии художника. Кроме того, мы можем опираться на некоторые отзывы о ранних работах Модильяни. Да и вообще трудно вообразить, что он прошел мимо современного искусства своей родной страны: очевидно, что искусство Италии ХIХ века производило на юного Модильяни не меньшее впечатление, чем произведения эпохи Ренессанса, И Больдини так же чувствуется в ранних парижских работах Модильяни, как и Тулуз-Лотрек.

Во время своего пребывания в Риме в 1901 году, Модильяни восхищался живописью Доменико Морелли (1826-1901) и его школы. Сентиментальные картины Морелли на библейские темы, его исторические полотна и холсты на сюжеты из произведений Тассо, Шекспира и Байрона сейчас совершенно забыты. Смелый шаг, уводящий далеко вперед от Морелли, был сделан группой совсем молодых художников «маккьяйоли» (от macchia - красочное пятно). Эта школа, молодых новаторов, их объединяло неприятие преобладавших в искусстве буржуазных вкусов, апологетами которых были академические художники жанристы. По тематике художники группы «маккьяйоли» были близки к импрессионистам: они тоже любили изображать крестьянские дома, сельские дороги, залитую солнцем землю и солнечные блики на воде, однако не отличались смелостью художественных решений, присущей последователям Моне.

По всей видимости, в период ученичества Модильяни был некоторое время сторонником художественных принципов «маккьяйоли». Микели, его учитель, сам был любимым учеником одного из основателей этой школы, Джованни Фаттори (1828-1905) из Ливорно. Микели был довольно известным пейзажистом, и популярность среди местных любителей искусств он заработал своими морскими пейзажами, наполненными ощущением свежести и света.

Модильяни работал так же неистово, как жил. Алкоголь и гашиш никогда не снижали его неуемного желания работать. Наверное, случались периоды, когда из-за отсутствия широкого признания он впадал в отчаяние и опускал руки. Однажды, отвечая другу, упрекнувшему его в безделье, он сказал: «Я создаю не меньше трех картин в день в своей голове. Какой смысл портить холст, если все равно никто не купит?» С другой стороны, Артур Пфаннстиль, автор книги «Модильяни и его творчество», сообщает, что молодой художник беспрерывно делал наброски, лихорадочно заполняя рисунками свои тетради в синей обложке, до ста в день.

Следует помнить, что в этот период Модильяни все еще мечтал стать скульптором и значительную часть, если не львиную долю, своих усилий тратил на скульптуру. Человек с критическим складом ума, он периодически уничтожал те вещи, которые казались ему неудачными. Но он также потерял много работ и при спешных переездах с одного места на другое, почти всегда тайком и не расплатившись с хозяином за снятое помещение. Разъяренные домовладельцы уничтожали «безумные» картины, которые он оставлял им вместо оплаты; не слишком дорожили его работами и владельцы бистро, у которых он обменивал свои произведения на выпивку чаще, чем на еду. Немало работ он бездумно раздарил своим многочисленным случайным подругам, которые их не берегли. Модильяни никогда не вел учета своим произведениям.

Примечательно, что на молодого живописца так мало повлияли фовизм и кубизм. Фовисты положили в основу всего цвет, а у Модильяни главное - линия. Сначала он жаловался, что его «проклятые итальянские глаза» не могут привыкнуть к особому парижскому освещению. Его палитра не отличалась большим разнообразием, и только раз или два он прибегнул к колористическому эксперименту в духе неоимпрессионистов или фовистов. Как правило, он заключал большие поверхности ровного цвета в тонкие, но четко прорисованные линейные контуры. Кубизм с его тенденцией к дегуманизации был для Модильяни, искавшего в творчестве возможность выражения сильной эмоции, слишком рассудочным.

Если ранние полотна Модильяни, несмотря на превосходное техническое мастерство и отдельные проблески своеобразного очарования и лиризма, еще не являются подлинно выдающимися произведениями, то его рисунки 1906-1909 годов уже предвосхищают зрелого мастера 1915-1920 годов.

Лето 1909 года он провел с семьей в Ливорно и написал там ряд картин, среди которых был холст под названием «Нищий». Этот холст, а также два варианта «Виолончелиста», были среди шести вещей, выставленных им в «Салоне независимых» в 1910 году. К этому времени его уже признали многие критики, поэты и собратья-художники, однако, кроме преданного ему доктора Поля Александра, никто не хотел покупать его работ. Он переезжал с места на место, поскольку денег на приличную мастерскую никогда не было. Одно время он жил в так называемом «Улье»- странном, ветхом доме на улице Данциг где крошечные мастерские снимали также Шагал, Кислинг, Сутин и многие другие художники-иностранцы.

В 1909-1915 годах он считал себя скульптором и очень мало работал маслом. В этот период Модильяни завязал множество интересных и нужных знакомств. В 1913 году он познакомился с Хаимом Сутином, неотесанным иммигрантом из Литвы, и впоследствии на правах близкого друга пытался обучать его хорошим манерам. Сутин был на десяток лет моложе, и его буйная живопись с характерными «взрывами» пастозных мазков вряд ли могла нравиться другу из Италии. В 1914 году Макс Жакоб представил Модильяни Полю Гийому - первому маршану, которому удалось пробудить у клиентов интерес к творчеству художника. Но гораздо более тесные отношения связывали Модильяни с другим маршаном, Леопольдом Зборовским с которым он познакомился в 1916 году. Значительная часть работ, созданных художником в последние три-четыре года, появилась благодаря поддержке Зборовского и его жены. Зборовским был необычным явлением среди маршанов того времени: он испытывал к своему подопечному фанатичную привязанность, несмотря на все недостатки художника - прежде всего безрассудство и вспыльчивость, - которые оттолкнули бы менее преданного человека.

В декабре 1917 года состоялась единственная настоящая персональная выставка Модильяни, организованная Зборовским в галерее Берты Вейль. Вместо ожидаемого успеха разразился шумный скандал. Перед витриной, в которой была выставлена картина с изображением обнаженной, собралась толпа. Полиция настояла, чтобы этот холст и еще четыре ню были убраны из экспозиции. Ни одной картины продать не удалось.

В мае 1919 года Модильяни вернулся в Париж, а Жанна приехала туда чуть позже. Появились первые признаки успеха. О художнике стали писать газеты. Несколько его холстов было представлено на выставке французского искусства в Лондоне. Его работы начали пользоваться спросом у покупателей. У Модильяни, наконец, появился повод воспрянуть духом - если бы не новое ухудшение здоровья. Модильяни удалось одновременно зарекомендовать себя и реалистом и беспредметником. Этот вдохновенный эклектик - аристократ, социалист и сенсуалист в одном лице - использует приемы как мастеров Берега Слоновой Кости (чьи статуи поражают воображение, не вызывая чувства сопричастности), так и иконописцев Византии и Раннего Возрождения (которые трогают нас, но не могут потрясти до основания). Из всего этого и складывается трепетный, волнующий - одним словом, неповторимый - Модильяни!

3. Знаменитые работы

Амедео Модильяни творчество художник

Удивительная манера Модильяни особенно ярко проявилась в его ню и портретах. Именно эти работы, прежде всего, выдвинули его на ведущие позиции в искусстве ХХ века.

Творческий путь Модильяни оказался трагически коротким. Ему было отпущено совсем мало времени - большинство лучших его работ приходится на последнее пятилетие жизни. Этим объясняются и сравнительно скромные размеры его наследия, и некоторая узость в выборе тем - по большому счету, Модильяни работал лишь в двух жанрах (ню и портрет). Тем не менее, даже в столь щедрую на таланты эпоху, какой было начало прошлого века, он сумел не затеряться в общей «художественной» массе и заявил о себе как об одном из самых оригинальных и поэтичных современных живописцев. А созданный им стиль до сих пор не дает покоя многим художникам, провоцируя их (часто бессознательно) на подражания и повторения.

Удлиненные формы Модильяни всегда вызывали повышенный интерес. Их происхождение по-разному объяснялось критиками. Некоторые из этих объяснений довольно анекдотичны - например, условно говоря, «алкогольное». Утверждали, что удлиненные формы есть результат алкогольных пристрастий художника, глядящего на женщин сквозь дно стакана или изогнутое горлышко бутылки. Между тем, подобные формы встречаются и у ренессансных мастеров, перед которыми преклонялся Модильяни, и на любимых им африканских масках. Африканскими масками не исчерпывались его художественные увлечения. Его также влекло к себе искусство Древнего Египта, занимали статуи островов Океании и многое другое. Впрочем, о прямом заимствовании тут речи не шло; если древние скульптуры и оказали влияние на манеру Модильяни, то лишь опосредованное. Модильяни принимал лишь то, что соответствовало его собственным поискам.

В свое «скульптурное» пятилетие художник написал всего около двух десятков картин, в то время как общее число его сохранившихся полотен приближается к 350-ти. Позже он забросил скульптуру. Возможно, занятия скульптурой стали просто непосильны для него. Резьба по камню - это тяжелый физический труд, а летящая при этом каменная пыль была противопоказана испорченным туберкулезом легким художника. Как бы то ни было созданные автором скульптурные произведения - неотъемлемая часть творчества Амедео. Все существующие скульптуры Модильяни созданы между 1909 и 1914 годами. Это - 23 каменных головы и две фигуры (стоящая женщина и кариатида). Наброски кариатид Модильяни делал многократно, собираясь создать, целую серию голов и фигур для задуманного им храма красоты. Этому замыслу не суждено было сбыться. Правда, семь голов (тоже своего рода серия) он показал в Осеннем Салоне в 1912 году. Друг художника, известный скульптор Жакоб Эпштейн, отметил в своей автобиографии, что по ночам Модильяни зажигал установленные на каменных головах свечи и освещал ими мастерскую, стремясь «имитировать освещение древнего языческого храма.

Модильяни был скульптором-самоучкой, поэтому его ранние скульптуры выглядят грубыми (и даже топорными). Но, интенсивно работал, он вскоре нашел свой собственный стиль, одновременно элегантный и мощный. Каменные головы Модильяни обладают притягательной, почти магнетической силой. Можно предположить, насколько величественным мог бы оказаться задуманный художником Храм Красоты.

Творчество Модильяни чаще всего ассоциируется у зрителя именно с его ню. Модильяни всегда интересовала обнаженная натура, но всерьез он обратился к этой теме только в 1916 году. Великолепные ню, написанные художником в последние три-четыре года его жизни, сильно отличаются от всего созданного им ранее. Женские образы позднего Модильяни стали более чувственными и непосредственными, утратив прежнюю грусть и созерцательность. Работая в этом жанре, художник редко прибегал к помощи своих подруг или любовниц - исключением являются одна ню с Беатрис Хастингс в качестве модели и несколько аналогичных вещей, для которых позировала Жанна Эбютерн. Обычно моделями художнику служили платные натурщицы или случайные знакомые. Предпочтение Модильяни отдавал лежащим ню (хотя это для него и не исключительная поза). Женское тело он всегда изображал крупно, сочно, с закинутыми за голову руками или согнутыми ногами.

Во времена Модильяни обнаженная женская натура еще не стала общим местом в живописи. Она волновала, даже шокировала. Особенно непристойным считалось изображение волос на лобке. Но создание эротической атмосферы не было самоцелью Модильяни; это, разумеется, присутствует на его полотнах, но, помимо этого, они элегантны по композиции и изысканны по цвету. Они - прежде всего, произведения искусства. В качестве примера можно привести работы: «Обнаженная на белой подушке» (1917-1918), «Сидящая обнаженная» (ил. 6) без даты и «Молодая сидящая женщина» (1918). Прекрасный образец жанра, сочетающий в себе чистоту и изящество линии, простоту композиции, экспрессию и глубокий эротизм - «Сидящая обнаженная» (1916). Это одна из первых ню Модильяни, относящихся к его зрелому периоду. В своей книге (1984), посвященной творчеству художника, Дуглас Хизл называет эту картину «возможно, самой прекрасной из ню Модильяни»1. Лицо женщины стилизовано, однако в нем можно найти схожесть с Беатрис Хастингс. В момент создания полотна они еще жили вместе. Впрочем, маловероятно, что Беатрис позировала художнику; скорее всего, Модильяни, как обычно, пригласил для этого профессиональную натурщицу. Но в процессе работы перед его глазами, безусловно, стояла Беатрис. Удлиненное, напоминающее скульптурный слепок лицо изображенной женщины напоминает африканские маски, которыми так восхищался Модильяни, а наклон головы и опущенные ресницы звучат эхом картин, обычно выставлявшихся в Салоне. Тем не менее, это произведение Модильяни совершенно оригинально и по праву считается одной из жемчужин в серии ню, впоследствии прославившей художника.

«Лежащая обнаженная» (1917-1918), творчество Модильяни чаще всего ассоциируется у зрителя именно с его ню, и этот шедевр - прекрасный образец жанра, сочетающий в себе чистоту и изящество линии, простоту композиции, экспрессию и глубокий эротизм.

Модильяни был выдающимся рисовальщиком, поэтому главное очарование образу придает линия, мягко описывающая контуры тела женщины, ее шею и овал лица. Плавные контуры фигуры подчеркивает элегантный, изящно подобранный по тону фон картины. Поза и черты лица модели очень интимны, но при этом намеренно стилизованы, отчего образ теряет индивидуальность и становится собирательным. Срезанные краем холста руки и ноги героини этой работы зрительно приближают ее к зрителю, еще более усиливая эротическое звучание картины.

Кроме ню широко известны портреты кисти Модильяни. Он говорил: «Человек вот что меня интересует. Человеческое лицо - наивысшее создание природы. Для меня это неисчерпаемый источник»1. Чаще всего Модильяни позировали его близкие друзья, благодаря чему многие полотна художника смотрятся любопытной галереей представителей артистического мира того времени, в чьих образах запечатлелся «золотой век» парижского искусства. Модильяни оставил нам портреты художников Диего Риверы, Хуана Гриса, Пабло Пикассо и Хаима Сутина, скульпторов Анри Лорена и Жака Липшица, писателей Гийома Аполлинера и Макса Жакоба. Дошел до нас и один- единственный автопортрет Модильяни (ил. 7), написанный им в 1919 году, за несколько месяцев до смерти.

Ню и портреты, написанные художником на закате жизни, знаменуют собой важную веху в истории современной живописи. Хотя последние портреты Модильяни несут следы эмоционального упадка (что не удивительно, если не забывать про то, как он в это время жил), они, тем не менее, сохраняют прозрачность и величественность, присущие мастерам Возрождения.

Но прижизненной славы это Модильяни не принесло. Его знал лишь узкий круг художников - таких же, как он, бескорыстно влюбленных в искусство. А это, как правило, при жизни денег не приносит. Да, Модильяни (как и многие его друзья) все-таки дождался безусловного признания, но это случилось уже после его смерти. За его картины, которые он отдавал за хлеб и вино, теперь платят умопомрачительные деньги; в картинных галереях они занимают самые почетные места, а о самом художнике написаны сотни книг. Обыкновенная история.

Заключение

Живописная манера Модильяни с её декоративной плоскостностью, острой лаконичностью композиции, музыкальностью силуэтно-линейных ритмов, насыщенностью колорита определилась в начале 1910-х гг. В своих, как правило, однофигурных картинах - портретах и ню - Модильяни создавал особый мир образов, интимно-индивидуальных и, вместе с тем, схожих общей меланхолической самоуглублённостью; их своеобразный тонко нюансированный психологизм, просветлённая поэтичность сочетаются с постоянным, подчас трагическим ощущением незащищенности человека в мире.

Модильяни удалось одновременно зарекомендовать себя и реалистом и беспредметником. Его искусство отвечает требованиям пуристов, настаивавших, что картина - только плоскость, на которую в определенном порядке нанесены краски; но при этом он вложил в свои полотна богатое человеческое, сексуальное и социальное, содержание. Он раскрывает и прячет, отбирает и привносит, соблазняет и успокаивает. Этот вдохновенный эклектик - аристократ, социалист и сенсуалист в одном лице - использует приемы как мастеров Берега Слоновой Кости (чьи статуи поражают воображение, не вызывая чувства сопричастности), так и иконописцев Византии и Раннего Возрождения (которые трогают нас, но не могут потрясти до основания). Из всего этого и складывается трепетный, волнующий - одним словом, неповторимый - Модильяни!

Что же остается от Модильяни спустя семь десятилетий после его кончины? Во-первых, конечно, творческое наследие, которое подлежит еще детальному исследованию, а во-вторых, легенда, которая стала достоянием миллионов.

Легенда возникла из воспоминаний людей, знавших художника во время его трагической жизни в Париже, а еще больше из книг, в основу которых положены некоторые поражающие воображение, но не всегда надежные сведения из вторых или даже третьих рук. Приключениям Модильяни посвящено несколько посредственных романов и кинофильм.1

Алкоголь и наркотики, возможно, были попросту необходимы физически слабому, неудачливому и одинокому иностранцу в Париже, к тому же страдающему от неуверенности и горьких разочарований, но они ни в коем случае не создали и не высвободили его гений. Модильяни был почти всегда отчаянно беден, и больше даже из-за своего «ужасного характера», отталкивавшего возможных покровителей, чем из-за полного безразличия к нему со стороны коллекционеров. Развенчивая «романтическую легенду смерти от голода, алкоголя и, Бог знает, каких метафизических мучений»2, дочь художника Жанна Модильяни во всем винит, прежде всего, туберкулез, которым он был болен на протяжении всей жизни.

Каким бы несносным и безответственным ни казался временами художник, в основном это был - и в этом единодушны все его друзья - человек аристократического поведения, блестящего ума, широко образованный, способный на добрые чувства и сострадание. Учитывая ограниченную продолжительность - тринадцать лет - его творческой деятельности и все жизненные обстоятельства, его достижения поразительны не только в количественном, но и в качественном отношении. В книге «Модильяни и его творчество» (1956) Артур Пфаннстиль перечисляет и описывает 372 картины художника, созданные после его приезда в Париж в 1906 году. В предисловии к альбому «Амедео Модильяни. Рисунки и скульптура (1965) Амброджо Черони утверждает, что количество подлинных картин Модильяни - 222, что свидетельствует о весьма строгом подходе к их оценке. Несколько ранних полотен Модильяни было обнаружено уже в последние годы, а не так давно на продажу выставлялся ряд очень убедительных по достоверности холстов парижского периода, не упоминаемых ни Пфаннстилем, ни Черони.3 К сожалению, рынок заполонили подделки под Модильяни, и некоторые из них выполнены с таким мастерством, что могут ввести в заблуждение и специалиста, и коллекционера. Неудивительно, что мастера фальсификации так активизировали свою деятельность - цена за первоклассные работы Модильяни поднялась до ста тысяч долларов. В результате появилось множество «Модильяни», которые пытаются свести оригинальные приемы, разработанные мастером, к тривиальным формулам.

Мы так никогда и не узнаем, сколько же работ не дошло до нас - сколько их уничтожил сам художник, а, сколько было утрачено.

Список литературы

Вернер Альфред. Амедео Модильяни (пер. Фатеева). - СПб.: ICAR, 1994. - 126 с., ил.

Виленкин В.Я. Амедео Модильяни. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Искусство, 1989. - 175 с., л. ил. - (Жизнь в искусстве).

Европейская живопись XIII - XX вв. Энциклопедический словарь. - М.: Искусство,1999. - 526 с., ил.

Модильяни. - М.: Издательский Центр «Классика», 2001. - 64 с., ил. «Мир шедевров. 100 мировых имен в искусстве».

Художественная галерея: Модильяни. -№ 26. - М., 2005. - 31 с.

Энциклопедия мировой живописи / Сост. Т.Г. Петровец, Ю.В. Садомникова. - М.:ОЛМА - ПРЕСС, 2000. - 431с.: ил.

Размещено на Allbest.ru

...

Подобные документы

    Происхождение и основные этапы жизни итальянского художника. Творчество Модильяни: ранние произведения, влияние фовизма и кубизма на технику живописца, опыт скульптора, знакомства с Сутином и Зборовским. Анализ особенностей основных работ мастера.

    контрольная работа , добавлен 03.01.2011

    Основные даты жизни Амедео Модильяни, причины смерти. Этапы создания картины "Лежащая обнаженная", палитра и элементы заднего плана. Особенности стиля: стилизованные черты лица, скульптурная форма, фактурный тон. Композиционный талант художника.

    презентация , добавлен 14.03.2011

    Сущность феномена "Ахматов-Модильяни". Живописный канон в "портрете" Модильяни. "След" Модильяни в творчестве Ахматовой. "Период Ахматовой" в творчестве Модильяни. Тайные знаки в творчестве Амедео. Тема "дьявола" в творчестве Ахматовой и Модильяни.

    реферат , добавлен 13.11.2010

    Изучение творчества писателя, скульптора и художника Эрнста Барлаха, фигура которого в немецкой художественной культуре XX века высится особняком. Мироощущение, поэтика, стиль Барлаха. Духоборец в церкви святого Николая – одна из важнейших работ мастера.

    реферат , добавлен 04.03.2013

    Детство и юность художника, начало творческого пути. Работа над картинами. Обзор творчества Сурикова, работа над рядом картин, их характеристика и роль применяемых им выразительных средств. Заграничная поездка художника, последние годы его жизни.

    курсовая работа , добавлен 15.02.2011

    Начало творческого пути итальянского археолога, архитектора и художника-графика Джованни Пиранези. Роль графического архитектурного творчества и архитектурно-пространственных фантазий мастера. Лист "Храм Сивиллы в Тиволи". Наследие великого мастера.

    курсовая работа , добавлен 13.10.2014

    Искусство великого художника Караваджо. Обзор выдающихся полотен кисти мастера разных периодов творчества. Характерные черты манеры живописи, отличительные качества стиля произведений, баланс между драматической патетикой и натуралистическими деталями.

    презентация , добавлен 16.04.2010

    История жизни и творчества великого итальянского художника, живописца, скульптора, архитектора и учёного, одного из крупнейших представителей искусства Высокого Возрождения Леонардо да Винчи, превзошедшего своего учителя. Последние годы жизни мастера.

    презентация , добавлен 04.03.2012

    Начало творческого пути художника эпохи итальянского Возрождения Сандро Боттичелли. Учеба в мастерской Фра Филиппо Липпи, влияние творчества Андреа Верроккьо и первые работы. Сюжеты картин художника: "Весна", "Рождение Венеры", "Мадонна с гранатом".

    реферат , добавлен 06.05.2009

    Краткий очерк жизни, этапы личностного и творческого становления Пабло Пикассо как известного итальянского художника-импрессиониста. Периоды в творчестве мастера, их достижения и направления работы. Отражение жизни и переживаний художника в его картинах.